Иногда вспоминаю свою жизнь в СССР — и комок подступает к горлу.

Помню, как на новый, 1978 год мы с мамой ходили в гости. К празднику мне в ателье пошили строгий костюм из картона и сплели новые лапти с протекторами из наждачной бумаги. Я хотел лапти с тремя берестяными полосками по бокам, но мама достала кошелек, пересчитала трудодни и отрицательно покачала головой.

В гости мы шли темными улицами, так как электричество тогда было в дефиците и райкомы доставали его по блату. Наш в этот раз не сумел.

По улицам, под собою не чуя страны, гулял советский народ, все были в приподнятом настроении и поздравляли друг друга с наступающим Новым годом.

— С наступающим вас, слава КПСС! — доносилось отовсюду.

— И вас тоже, слава КПСС! — радостно слышалось в ответ.

Мы подошли к двенадцатиэтажке с пустой лифтовой шахтой, так как лифты были в дефиците, и пешком поднялись на восьмой этаж.

Вообще-то наши знакомые жили на седьмом, но седьмые этажи были в дефиците, поэтому всех селили на восьмом.

В гостях все были очень нарядными. Тетеньки прохаживались в ажурных тюлевых занавесках и вечерних платьях, сшитых из пакетов "Березка", а один стильный дяденька щеголял в дорогой тройке из чистого рубероида. В углу, поблескивая шарикоподшипниками и мишурой из колючей проволоки, стояла новогодняя елка.

Праздничный стол завораживал. Чего только на нем не было! А не было на нем ничего, так как еду в СССР достать было невозможно никоим образом и ели в нем только ответственные партийные работники и сотрудники КГБ. Но вскоре хозяйка поставила на стол большое блюдо с томиком "Целины" Л. И. Брежнева, гости сразу оживились и принялись с аппетитом шелестеть страницами.

— Как тебе?— спросила меня мама.

— Мммм! — поднял я большой палец, не в силах оторваться от десятой страницы.

— Перелистывайте еще, не стесняйтесь! — радушно хлопотала хозяйка, подливая в алюминиевые кружки свежую водопроводную воду.

За столом воцарилась праздничная атмосфера, гости наперебой обсуждали наиболее интересные места из "Целины" и с удовольствием пили воду, отчего веселели еще больше.

Примерно в одиннадцать вечера хозяева включили телевизор. Шла праздничная трансляция герба Советского Союза. Целый час все с интересом смотрели на герб и с азартом обсуждали, на каком языке лозунг "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!" звучит убедительнее.

Ровно в двенадцать герб пропал, а на экране появилась надпись: "Ленин — жил, Ленин — жив, Ленин — будет жить и в новом году, товарищи!".

Все закричали: "С Новым годом, слава КПСС!", стали обниматься, а удушливый воздух несвободы наполнился праздничным звоном алюминиевых кружек.

А потом пришли Дед Мороз со Снегурочкой и подарили всем красочно оформленные "Апрельские тезисы" В. И. Ленина с картинками, а меня попросили прочитать стихотворение.

Я прочел стишок про Дзержинского, Дед Мороз растрогался до слез и разрешил мне пальнуть в новогоднее небо из его табельного стечкина.

Домой мы вернулись поздней ночью. Я зажег лучину и еще долго сидел у слюдяного окошка, наблюдая, как кошка бегает по снегу в поисках мышки. Но бегала она напрасно — мышей в советское время было не достать никоим образом. Особенно зимой.

Игорь Романович