Кадровый голод по-русски: Работников хватает, но бизнесмены мечтают о рабах
Потребность в кадрах для российского среднего и крупного бизнеса в 2024 году выросла до рекордных 7,6% от имеющихся рабочих мест или 2,2 млн человек, свидетельствуют данные Росстата.
В учет не попали сферы госуправления, финансов, обеспечения военной безопасности, а также деятельность общественных и экстерриториальных организаций.
Антирекорд стал максимальным с 2008 года, когда статистическая служба начала публиковать данную статистику. Ранее показатель составлял в среднем 3,1%. Самые низкие показатели нехватки кадров у бизнеса по руководителям (4,5%), специалистам высшей (6%) и средней квалификации (6,8%).
Наиболее существенные трудности возникли у сельского и лесного хозяйства, рыболовства и рыбоводства. Этим секторам экономики не хватает 13% от всех рабочих мест, не хватает фермеров, лесоводов и рыбаков.
Нехватка квалифицированных работников в промышленности и строительстве тоже значительная — примерно 10,6%. Самая сильная потребность — в строителях и электриках. В агропромышленном комплексе и промышленности также не хватает около 9,6% неквалифицированных работников.
Экономист Андрей Бунич подчеркнул, что дисбаланс на рынке труда во многом искусственный и временный.
— Он возник из-за резкой переориентации экономики за последние годы. Получилось так, что во многих предприятиях и сферах оказались более высокие заработки, и они в целом начали быстрее развиваться. Если кадров где-то не хватает, то это свидетельствует о потенциале предприятий. Это обычный рыночный процесс.
«СП»: Стала ли нехватка кадров неожиданным событием для экономики?
— Да, и этого точно не было в инерционном сценарии, поэтому гражданам нужно время для того, чтобы все это воспринять. Люди не так быстро меняют свои профессии и навыки.
Во время изменений выяснилось, что россияне больше не хотят работать с прежними зарплатами, а предприятия, которые привыкли к обилию кадров, оказались не готовы к такому повороту событий.
«СП»: И как в такой ситуации можно решить кадровые проблемы?
— Прежде всего с помощью повышения оплаты труда. Если люди так нужны, то непонятно, почему нельзя платить больше. Я уверен, что за определенную сумму потенциальные работники пойдут и в сельское хозяйство, и в лесозаготовки.
Просто ряд бизнесменов хочет, чтобы на них продолжали работать в нынешних условиях за те же деньги или рассчитывают, что такой тренд на трансформацию экономики временный.
Может также быть, что такие предприниматели ведут невыгодный бизнес, ему просто не хватает выручки — и поэтому они пытаются сэкономить на зарплатах, не занимаясь автоматизацией производства и не совершенствуя структуру управления бизнесом.
Физического недостатка потенциальных кадров нет. У нас многие люди хотят получать большую зарплату и при этом ничего не делать, просто сидеть в офисах. Также по всей стране сильно раздуты штаты государственных организаций.
В этом случае государству будет лучше уменьшать штаты и зарплаты в ряде таких организаций, переводить их на коммерческую самоокупаемость.
До 2022 года выходило множество публикаций о том, что в ближайшие годы в России 10−12 млн человек лишатся своих рабочих мест в связи с автоматизацией, роботизацией, цифровизацией и развитием искусственного интеллекта.
Развитие технологий никуда не ушло и все равно приведет к высвобождению новых рабочих мест, что позволит насытить текущую нехватку кадров. Трансформацию бизнеса можно проводить даже в условиях высоких ставок.
«СП»: Если потенциальное высвобождение дополнительной рабочей силы активно обсуждалось ранее, то почему его сейчас не наблюдается?
— Возможно, бизнес-среда недостаточно эффективно развивается и медленно реагируют на изменения. Это может проявляться в том числе из-за нехватки конкуренции. Всегда должны быть компании, которые будут способны быстро решать технологические и управленческие задачи и соответственно заставлять активнее действовать менее успешные фирмы.
«СП»: Как государство способно действовать на кадровом рынке?
— Можно, к примеру, усложнить поиск работы на неэффективных предприятиях, уменьшать количество «кормушек», в которых люди не хотят работать и при этом получать хорошие деньги.
Если сократить число неэффективных рабочих мест, то люди смогут перейти в другие отрасли, в которых не хватает работников.
Государству следует четко показывать своей политикой, где и в каких отраслях оно будет неуклонно поддерживать бизнес. Это важно для предприятий, которым нужно продумывать обучение и поиск кадров заранее. Они должны быть уверенны в том, что это будет долгим государственным курсом, и что это не будет работать исключительно в рамках короткой конъюнктуры.
«СП»: Какие усилия нужно направить на увеличение числа потенциальных работников?
— В последнее время выходят статьи, в которых говорится, что нужно заставить трудиться нетрудоустроенных людей. Но есть разница между трудоспособным и экономическим активным населением.
В числе трудоспособных, но экономически неактивных могут быть как женщины, которые воспитывают детей и ведут домашнее хозяйство, так и граждане, которые получили наследство, что позволяет им жить как рантье или вкладываться в акции, чтобы потом жить на дивиденды.
Они имеют на это право. И их нельзя трактовать как резерв рабочей силы. Обучающиеся и осужденные трудоспособные люди тоже не смогут быстро стать экономически активным населением.
«СП»: Получится ли у нас справиться с дисбалансом на рынке труда?
— До изменений последних лет у нас функционировала структура экономики, которая возникла еще в 1990-е годы и была ориентирована на экспорт.
В ее рамках экспортные доходы тонким слоем перераспределялись по всей экономике. Такой подход привел к появлению неэффективных рабочих мест.
Но ситуация поменялась в пользу созидательных процессов. Теперь выяснилось, что экономика стала более диверсифицированной, а реально производящие отрасли стали более востребованными.
К примеру, ранее существовала масштабная социальная занятость, которая была особенно актуальна на предприятиях в моногородах. Но в последнее время такие объекты получили множество заказов, и теперь в поддержке искусственной занятости нет необходимости.
Глава Минфина Антон Силуанов уже говорил, что в будущем налоговая политика будет выстраиваться с учетом минимизации риска природной ренты. То есть несырьевой сектор должен будет эффективнее работать.
В ОПК зарплаты уже выросли, и в связанных с ним отраслях востребованность тоже увеличилась. Многие гражданские отрасли пока не перестроились, но они в любом случае подтянутся, так как процесс трансформации экономики не остановится.
Георгий Смирнов
Фото: Алексей Майшев/ ТАСС