Генерал-лейтенант, поделитесь: У бывшего главного кадровика Минобороны хотят отобрать всё коррупционное
В Хамовническом райсуде началось рассмотрение иска Генеральной прокуратуры России об обращении в доход государства активов бывшего начальника Главного управления кадров Минобороны Юрия Кузнецова и его родственников. По версии надзора, имущество на полмиллиарда рублей, в том числе недвижимость, коллекция монет и серебряные погоны, было получено генерал-лейтенантом в результате коррупционных правонарушений. Ответчики же говорят о законности происхождения имущества, в основу которого легли, в том числе, неучтённые выплаты военного ведомства.
В отличие от генерала Кузнецова, доставленного в Хамовнический суд под конвоем, его супруга и дочь, являющиеся соответчиками по прокурорскому иску, пришли на заседание 10 октября сами. При этом дочь генерала была с мужем и двумя малолетними детьми. И пока жена и дочь были в зале, их близкие помогали успокаивать оставшихся за дверями детей — никого, кроме участников процесса, в зал не пустили, объявив, что разбирательство пройдёт в закрытом режиме. Связано это было с военным статусом главного ответчика.
Как выяснилось потом, в ходе разбирательства стороны изложили свои позиции. В иске Генпрокуратуры говорится, что активы, имеющие коррупционное происхождение, были обнаружены у бывшего кадровика в ходе расследования ГСУ СКР уголовного дела о получении им взяток (ч. 6 ст. 290 УК) от краснодарского предпринимателя Левы Мартиросяна. Тот занимался гостиничным бизнесом, а генерал Кузнецов, по версии следствия и надзора за ним, обеспечил взяткодателю победу в двух конкурсах на оказание гостиничных услуг стоимостью 372,3 млн руб. курсантам Краснодарского высшего военного училища имени генерала армии С. М. Штеменко.
В иске отмечалось, что до назначения в 2010 году на должность начальника 8-го управления Генштаба (в должности курировал училище) Юрий Кузнецов и его семья не имели дорогостоящего имущества. Но с 2011 года генералом и членами его семьи были приобретены участки земли, квартиры и драгоценности.
Так, в ходе обысков в его кабинете изъяли 686 тыс. руб., а из квартиры дочери на Ярцевской улице — 56 млн руб. в различных валютах. Всего наличности было найдено на общую сумму 189 млн руб., и, по мнению ГСУ СКР, она принадлежала Юрию Кузнецову.
Ещё 56 млн руб. хранились на банковских счетах его супруги. Все эти и другие активы, в том числе квартиры, машины, коллекция монет, часы и прочее, оцениваемые более чем в полмиллиарда рублей, по мнению надзора, должны быть обращены в доход государства, поскольку имеют коррупционный характер.
Однако генерал и его родня, по данным «Ъ», выводы прокуроров отрицают. В том числе потому, что в деле якобы отсутствуют данные о доходах супруги господина Кузнецова и членов его семьи. В частности, по версии ответчиков, в 2014 году у них якобы уже были свободные средства — 31 млн руб., которые были конвертированы в доллары и евро. Эта сумма, по данным ответчиков, теперь составляет 67 млн руб., и все они отражены в «Справке о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера», представленной супругой генерала Юлией в управление президента РФ в 2014 году.
Также в иске Генпрокуратуры якобы неточно указано, что родители Юрия Кузнецова с 2010 по 2023 годы получали только пенсии. Но при этом не было учтено, что они за счёт собственных средств купили в Краснодаре землю, построив на ней кирпичный двухэтажный дом, который теперь должен подлежать изъятию.
Кроме того, ответчики утверждают, что все объекты недвижимости, находящиеся в собственности семьи Кузнецова, были оценены в 240 млн руб., но их экспертиза проводилась без выезда на место, и поэтому не было учтено то обстоятельство, что здания были недостроены и недооформлены.
Ювелирные изделия, по данным ответчиков, были подарены генералу или получены им по наследству, что подтверждается документами.
Коллекцию же монет он собирал с курсантских времён, и часть из них была сделана из сплавов драгметаллов. Эксперты этого не учли, что сильно завысило их стоимость.
Также ответчики уверяли, что Генпрокуратура занизила официальные доходы генерала, исключив из них денежное довольствие, выдававшееся Центром специального финансирования Минобороны. Правда, свидетель, который мог бы подтвердить данное обстоятельство, не стал давать показания, а также участвовать в очной ставке с генерал-лейтенантом.