Антонов против Литвы

Такого еще не было: завтра в Московском арбитражном суде начинается процесс гражданина РФ экс–совладельца банка Snoras Владимира Антонова (и совладельца Latvijas Krajbanka) против иностранного государства — Литвы. Сумма иска — 558 миллионов евро. Аналогичный иск грозит и Латвии.

Как известно, банк Snoras (входил в тройку самых крупных банков республики Литва), который принадлежал российскому бизнесмену Владимиру Антонову (68,1%), был национализирован в Литве в 2011 году. Общая стоимость потерянных активов на момент национализации оценивалась в 2,5 миллиарда евро. Сам Антонов оказался под следствием и не имел возможности доказать, что процедура национализации прошла с нарушением закона.

 

«Литва нарушила собственные правила и процедуры, установленные центральным банком при национализации кредитных учреждений, фактически это был обыкновенный захват чужой собственности… Украли огромную сумму, оболгали фактически людей, сделав из них преступников. Хотелось бы восстановить справедливость, доказать, что это не так, и получить справедливую компенсацию», — пояснил журналистам сам Владимир Антонов.

 

А так можно?

 

Литва уже выразила категорическое несогласие с тем, чтобы эту претензию Антонова рассматривал московский суд.

 

Как заявлено, Литва намерена воспользоваться иммунитетом государства, который гарантирует международное право. И об этом намечается проинформировать Арбитражный суд города Москвы и Министерство юстиции РФ.

 

Истец с этим не согласен.

 

В канун суда — 17 сентября — в Калининграде состоялся круглый стол авторитетных адвокатов, в котором приняли участие: юрист, представляющий интересы РФ в ООН в области международного права Алексей Автономов, доктор юриспруденции из США Джулиан Генри Лоуэнфельд, адвокат Сергей Мирзоев, который представляет интересы бизнесмена. Участвовал также сам экс–банкир Антонов. Кроме того, в режиме видеоконференции участником стал совладелец банка Snoras Раймондас Баранаускас, который находится в розыске Интерпола.

 

Участники круглого стола настаивали: инициировать иск против иностранного государства стало возможным в связи с изменением закона о юрисдикционных иммунитетах, вступившего в силу с 1 января 2016 года. Подобная практика существует во многих странах мира.

 

«Публичное обсуждение дела за круглым столом до начала судебного заседания — это инновационная практика. Мы имеем дело с первым в истории России иском к иностранному государству, и этот иск рассматривается в национальном российском суде. Мы хотели бы показать всему правовому сообществу, какой уровень подготовки должен был состояться… Я считаю, что благополучный исход этого дела изменит климат в Европе», — пояснил адвокат Мирзоев.

 

«Это спор хозяйствующих субъектов, здесь нет никакой политики, здесь есть факт изменения законодательства в нашей стране. Более того, подобное законодательство есть практически во всех цивилизованных странах, то, что оно появилось в РФ, это нормально. Пользуясь изменением закона, теперь мы можем восстанавливать свои права в российской юрисдикции», — добавил Антонов.

 

Что касается литовского «иммунитета», то, по мнению указанных экспертов, Литве будет непросто воспользоваться этой мерой.

 

«Суверенный иммунитет — это стратегический ресурс, водоемы, оружейные предприятия, нефтяные скважины. Здесь речь идет только о деньгах, это коммерческий спор, и ни о каком суверенном иммунитете не может быть и речи», — заявил доктор юриспруденции из США Джулиан Генри Лоуэнфельд.

 

Нюансы дела и будущий иск к Латвии

 

Сам Антонов в интервью РИА “Новости» комментирует свой «литовский иск» таким образом:

 

— В реальности банк был фактически захвачен, экспроприирован. 16 ноября 2011 года в банк в прямом смысле слова вломилась группа иностранных товарищей, что запрещено, кстати, законами Литовской Республики, и выключила его из розетки. Абсолютно нормально работающий, прибыльный банк.

 

— У банка не было признаков банкротства?

 

— Нет конечно! У банка был миллиард литов на корсчете на тот момент, когда туда пришли эти люди.

 

То, как это происходило, больше похоже на боевик, чем на национализацию. Была, например, национализация банка Parex в Латвии. Акционеры договорились с государством, подписали договор. Это было в 2008 году, когда банк утратил ликвидность в связи с мировым финансовым кризисом.

 

Подробности читайте в новом номере «Вести Сегодня» 21 сентября