«Ощущение, что в этом месте меняется воздух»: как готовятся к Пасхе в монастыре под Волгоградом
К Великой Пасхе в храмах и монастырях Волгоградской области готовятся по-особому. Ведь за внешними бытовыми хлопотами здесь скрывается серьёзная духовная работа. Корреспонденты ИА «Высота102» побывали в Свято-Вознесенской Дубовской женской обители и ощутили ее атмосферу накануне праздника.
Пригревшийся у церковной лавки кот «выныривает» из облака сладковатого запаха ладана, смешавшегося с ароматом свежей выпечки, и подходит прямо к ногам. Бегло оглядев нас, он вдруг срывается с места и бежит к храму.
В это время по широкой аллее навстречу нам идёт монахиня средних лет. Пряча голову от солнца под серым зонтом, она подсаживается к нам на скамью и после первых вопросов вспоминает о своих детских представлениях о Пасхе.
- Мое детство проходило в те годы, когда практически все храмы были закрыты. В Волгоградской области их и вовсе «корчевали». Взрывали под корень, - задумчиво говорит монахиня. – Никто из близких не мог сказать нам «а вот было время, когда…». Но из дома мама выходила со словами: «Господи, благослови». А, возвращаясь, произносила: «Слава тебе, Господи». Все это звучало так естественно, что не вызывало у нас никаких вопросов. А сейчас я читаю у старцев, что вот такая простая молитва и есть самая правильная. На Пасху дома пекли куличи, но украсить их надписью «Христос Воскресе» мы не могли. Нашу внутреннюю пустоту заполняли чем-то иным, и того праздника, который есть сегодня у современных детей, у нас не было.
Непривычную городскому уху тишину здесь, в полусотне километров от Волгограда, нарушает разве что щебет птиц, пытающихся перекричать голосящих вдалеке петухов. Кажется, что время в обители течёт более размеренно и будто бы не современно - словно давая возможность выдохнуть и подумать о чем-то большем.
- Помню, как приезжала в монастырь в гости и еще не знала, что остановлюсь тут навсегда, - поправляя зонт, говорит монахиня. – В те времена тут была асфальтовая дорога, кусочки забора из красного кирпича – того, с позапрошлого века, и старая труба вместо шлагбаума. Доставала она примерно до середины дороги. Но, выходя из автобуса, я ощущала, что в этом месте будто бы менялся воздух. Я тогда никому про это не говорила – у нас были другие ощущения, другие мысли, другие разговоры. Но эти юношеские ощущения я отчетливо помню. Когда прошло –надцать лет, и я вновь и вновь слышала от людей описание тех же эмоций, то просто разводила руками. Одним словом, намоленное место, в которое я однажды пришла, как домой.
Насельница Дубовской обители ведет нас к пекарне, из которой выплывают ароматы пасхальной сдобы. На больших подносах остывают и только что испечённые куличи, и уже покрытая розово-зеленой посыпкой выпечка. Рядом, в небольшой и натопленной, как баня, комнатке трудятся несколько женщин. Погруженные в свои мысли, о заботах на кухне они говорят неохотно.
- В этот раз, наверное, будем печь куличи до пятницы, - вытирая лоб, говорит одна из них. - Работы действительно очень много - и творожные, и простые классические. Устаем физически, но на душе при этом очень спокойно.
- Ощущение праздника зависит вовсе не от возраста. Нет, не от него. И в юности человек может быть свят и в сто лет не понимать, для чего он, собственно, живёт, – закрывая дверь пекарни, размышляет наша проводница. – Вот мы печем куличи, красим яйца – буквально с детства срастаемся с этим внешним. Но это внешнее должно быть отражением нашего внутреннего состояния. Один знакомый батюшка как-то пошутил: «Если бы весь смысл Пасхи сводился только к угощениям, то это была бы «куличница».
Замершее ожидание и предвкушение грядущего дня на территории монастыря ощущается в мелочах. В приглушенных разговорах мужчин, готовящих колокола к праздничному перезвону, в задумчивости пока еще редких паломников, идущих к храму от святого источника, и в неспешных движениях монахинь, молчаливо кланяющихся при встрече.
- Мы даже не закрываем здесь ворота, - улыбаясь на прощание, говорят в монастыре. – А выбор остается за человеком. Он может всю жизнь бежать по кругу, как белка в колесе, и даже не замечать эти открытые ворота. Но главное - не просто увидеть их, но и решиться сделать первый шаг.
Виктория Чумакова
Фото Геннадия Гуляева