Начался процесс по смертельному ДТП в центре Якутска, в котром погиб директор театра танца Александр Алексеев и его родные

5 марта этого года в Якутске в самом центре города произошло ДТП, унесшее жизни трех человек: директора театра танца Якутии Александра Алексеева и его родных брата и сестры. Столкнулись «Тойота Суксид», в котором находились погибшие, и «Тойота Лэнд Крузер», за рулем которого находился Тамерлан Альтемиров.

Обвинение по статье 264 ч.5 УК РФ «Нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц» предъявлено Альтемирову, который во время предварительного следствия находился под домашним арестом.

27 августа состоялось первое судебное заседание, которое рассматривает судья Татьяна Егорова. Защищают интересы Альтемирова адвокаты Дмитрий Томский и Петр Савостин.

С начала судебного заседания гособвинитель зачитывала обвинение, из которого следовало, что обвиняемый проигнорировал дорожные знаки, не принял меры для снижения скорости, и вообще должен был ехать со скоростью 40 км/ч.

Судья: Обвинение вам понятно?

Альтемиров: Вину признаю частично.

Судья: Показания будете давать?

Альтемиров: Готов допрашиваться. Мне скрывать нечего. По предъявленному обвинению вину признаю частично, ваша честь. В самом начале предварительного следствия я говорил, что готов признать вину полностью, если я виновен. Единственная моя просьба была, чтобы расследование было проведено объективно. Вместе с тем, следователь в ходе расследования грубо ограничивал мои права на защиту, сам ход расследования был с обвинительным уклоном. Сведения в материалах дела менялись, были искажены с целью сделать меня виновным.

Например, первое заключение экспертно-криминалистического центра, на основании которого мне было предъявлено обвинение, было в дальнейшем признано недействительным, и мы с моим защитником подавали ходатайство, но нам следователь отказал в удовлетворении ходатайства. Учитывая все эти моменты при таком порядке расследования я, как здравомыслящий человек, не могу при искажении фактических данных признать вину полностью.

Судья: В чем вы частично признаете вину?

Альтемиров: Что я управлял автомобилем, находился за рулем.

Защитник Томский:

- Наш подзащитный Альтемиров вину признает частично, данную позицию мы поддерживаем. В начале судебного заседания прошу обратить внимание, что мы неоднократно подавали жалобы, обращения в надзорный орган, в частности прокурору, следователю, и руководителю следственного органа. Мы не просили чего-то сверхъестественного, мы просили объективного расследования уголовного дела. Я всегда говорю, что у нас уголовный и уголовно-процессуальный кодексы нормально написаны, если не искажать фактические обстоятельства. Прошу обратить внимание, ваша честь, на существенное нарушение уголовно-процессуального кодекса, уголовного закона по предъявленному обвинению.

В первую очередь в основу положена автотехническая экспертиза за №564/4-1 от 7 июля 2025 года. Все мы рассматривали уголовные дела по дорожно-транспортным происшествиям. Данная экспертиза проводится на основании определенных формул, там есть формулы как в математике. И если в какие-то данные поставить другие цифры, то и ответ будет другой. В частности, на данную экспертизу в обвинении имеется ссылка, согласно которой установлено, что Альтемиров имел техническую возможность остановиться и предотвратить ДТП.

Вместе с тем при проведении данной экспертизы как следователем, так и экспертом были искажены фактические обстоятельства дела. В первую очередь это состояние дорожного покрытия, вместо состояния дорожного покрытия «накатанный снег с гололедицей», они просто указали, что был накатанный снег. При этом в ходе предварительного следствия нашей стороной был предоставлен достаточный объем доказательств, что на момент ДТП дорожное полотно было скользкое, имелась гололедица, но эти данные при проведении экспертного исследования почему-то эксперт не учел.

Также прошу учесть, что эксперт в нарушении ФЗ о государственной экспертной деятельности, в частности статьи 8, при проведении расчетов не принял во внимание все значения замедления на покрытии участка проезжей части, где произошло ДТП. Это нарушение мы будем очень подробно обсуждать при исследовании письменных материалов уголовного дела. Эксперт принял максимальную величину замедления, а при этом минимальную не принял, просто проигнорировал.

Просим обратить внимание, что неправильно были приняты расчеты момента возникновения опасности. Мой подзащитный высказывал, что схема ДТП составлена неправильно, хотя на месте ДТП он находился изначально. Он мог показать место столкновения, путь направления движения транспортных средств, все это искажено, и на основании этого он должен полностью признавать вину? Я считаю, что нет. Каждая сторона заинтересована в правильном исходе дела.

В предъявленном обвинении указывается, что Альтемиров проигнорировал дорожный знак 3.24 ПДД «Ограничение максимальной скорости движения 40 км/ч». Здесь многие являются водителями. Этот знак установлен на входе в Следственный комитет на пересечении улиц Короленко-Ленина. Этот знак в первую очередь скрыт за кустами, в ходе предварительного следствия мы предоставляли доказательства, что он в схему организации движения вообще не внесен. Это фантомный знак. А почему эти обстоятельства в обвинении не излагаются? Если знак стоит, то должно быть какое-то нормативное подкрепление. Кто его поставил? Почему он ограничивает скорость? Знак ограничение скорости скрыт у нас за кустами, и каким образом Альтемиров должен был его увидеть?

***

Следующее судебное заседание состоится 22 сентября.