Айдар Салахов: «Да, я живу в Москве, но не забываю свой язык, как некоторые»
«КТО — ГЛАВНЫЙ ТАТАРСКИЙ БАЯНИСТ?»
— Айдар, предлагаем начать с самого главного вопроса. После вашего выступления на «Үзгәреш җиле – 2» он возник сам собой: так кто же сейчас самый главный татарский баянист в мире – Айдар Гайнуллин или Айдар Салахов?
— Ну, это уже не мне судить (смеется). Кто — главный татарский баянист? Мы оба татары, оба Айдары. Просто получилось так, что в прошлом году на фестиваль пригласили Айдара Гайнуллина, а сейчас пригласили меня. Только и всего.
— В довольно объемной брошюре, выпущенной ко второму сезону «Үзгәреш җиле», сплошь состоящей из коротких биографий участников, вашей мы не нашли. Нет вашего имени и среди оркестрантов Вадима Эйленкрига. Означает ли это, что вы попали в проект в самый последний момент?
— Да, меня можно сказать случайно, кажется это было в августе, пригласил Вадим Эйленкриг, который руководит всем оркестром на «Үзгәреш җиле» и является музыкальным продюсером фестиваля. Проект на тот момент уже вступил в силу, шли репетиции, было известно, какие будут номера, кто будет выступать. Я, соответственно, не должен был участвовать. Но Вадиму понравилось мое исполнение, позже я познакомился с директором театра оперы и балета имени Джалиля Мухаметзяновым Рауфалем Сабировичем. Ему тоже понравилось, как я играю, импровизирую в татарской музыке. В итоге я остался в проекте и играл практически во всех номерах, хотя изначально должен был быть всего один номер – либо сольно, либо с оркестром, либо с Эйленкригом, разные варианты рассматривались...
— Несмотря на столь позднее приглашение, очевидно, что вы стали настоящей звездой, открытием концертов, прошедших в оперном театре. При этом, как известно, ранее заменить участвовавшего в первом сезоне Айдара Гайнуллина должен был другой баянист, Ринат Валиев. В итоге Валиев участвовал в концерте, выделялся национальным костюмом, но основные партии на баяне исполняли вы. Не было ли ревности у Валиева, что, вот, появился молодой человек и забрал часть его работы?
— Действительно, в этом году изначально приглашение получил казанский баянист, мультиинструменталист Ринат Валиев. Он играет на разных татарских инструментах и акцент в своей игре делает как раз на татарскую народную музыку. Ринат должен был играть практически во всех номерах концерта, но появился я в этом проекте и, да, взял немало его партий. Признаться, в Татарстане особо никогда не выступал на таких концертах и, считаю, что мне повезло попасть в такой проект.
— И, все же, как вы сработались в итоге с Валиевым? Например, в номере с группой «Ямьле» вы вдвоем выступили очень зажигательно и дружно, практически «порвали два баяна».
— Да, получилось здорово. Я исполнил композицию в своем стиле, а он очень хорошо представил национальный колорит. Во время репетиций все это интересно звучало, сочеталось и решили сделать совместный номер. Кстати, у меня еще должен был быть сольный номер с оркестром Вадима Эйленкрига, сделал потрясающую аранжировку дирижер Станислав Курбатский на татарскую народную песню «Кубэлэк». Песня была готова к исполнению, отработана на репетициях, но в концерт ее не включили...
— Почему?
— Видимо, из-за обилия вокальных номеров. Конечно, жаль, что не удалось сыграть такую замечательную композицию.
— Тот же Гайнуллин в интервью «БИЗНЕС Online» рассказывал, что в прошлом году в аранжировках всех композиций «Үзгәреш җиле» баян вовсе отсутствовал, поэтому на концертах ему приходилось импровизировать. В этом году было тоже самое, или на этот раз партии для баяна были уже прописаны?
— Были прописаны, да. Но, знаете, это не было поводом сидеть и разбирать ноты, заучивать партии. То, что вы слышали со сцены, это все же были мои импровизации.
«Прошлогодний концерт я лишь частями видел в записи. Что касается этого года, мне очень даже понравилось»
«Я БЫ ХОТЕЛ, ЧТОБЫ В ПРОЕКТЕ „ВЕТЕР ПЕРЕМЕН“ ДАВАЛИ ВОЗМОЖНОСТЬ ВЫСТУПАТЬ НЕ ТОЛЬКО ВОКАЛИСТАМ»
— Понятно, что мы должны спросить: и как вам «Үзгәреш җиле»? Насколько вам интересно было в этом участвовать как музыканту? И в курсе ли вы тех споров, которые развернулись вокруг фестиваля год назад в республике?
— Прошлогодний концерт я лишь частями видел в записи. Что касается этого года, мне очень даже понравилось. Потому что оркестр, который сопровождал мероприятие, в нем собрались просто выдающиеся ребята, говорю это конкретно об оркестре Вадима Эйленкрига. Колоссальная работа была проделана, и без них такого звучания бы не было. А среди вокалистов были те, кто мне весьма понравился по подаче, по вокалу, было много прекрасных номеров, но это не предел. Думаю, с каждым годом все должно быть лучше, и новые открытия еще будут. Надеюсь, и я приукрасил этот проект.
— Кто из вокалистов запомнился больше всего? Кто ваш фаворит?
— Артур Исламов, надо сказать, что его голос меня поразил. Еще понравились Айдар Сулейманов, Илнар Миранов, Румия Ниязова. Все исполнители показали себя по-разному, не было одинаковых выступлений. В прошлом году, признаться, я подобное наблюдал.
— Главная претензия к фестивалю «Үзгәреш җиле», которую высказывают, в том числе, и люди из мира татарской музыки, состоит в следующем — классика должна оставаться классикой, соответственно, в том виде, в котором она была написана, как ее исполняли Ильхам Шакиров, Альфия Авзалова... А для того, чтобы делать современные аранжировки в стиле джаз или босанова, нужно писать новые песни, использовать продукт, который создают нынешние композиторы. Что вы об этом думаете?
— Классического исполнения, в общем-то, и так достаточно, вспомним любых наших великих певцов, которые это уже делали и делали очень профессионально. И сегодня есть артисты, которые работают в классическом жанре. Я сам изначально классический баянист, окончил академию Гнесиных, но играю и классику, и джаз, и поп-музыку. Я стараюсь дать услышать публике то, что я чувствую, то, что мне нравится самому. Если ты, выходя на сцену, хочешь кого-то удивить, надо исполнять искренне. На сегодняшний день существует столько жанров, я даже не смогу их все перечислить.
Моя политика в этом вопросе такова – то, что уже было сделано, написано, надо развивать и развивать в разных жанрах. Джаз, рок – почему бы и нет? Нельзя ограничиваться только одним. Например, Jukebox Trio, ребята, которые исполнили на фестивале «Ком бураны», «Алмагачлары». У них, я считаю, номер получился убедительным и интересным, в своем неповторимом стиле. Моя мама присутствовала на концерте, и ей тоже они очень понравились.
— Известно ли, когда мы все-таки услышим студийные записи песен, прозвучавших на «Үзгәреш җиле»?
— Да, кстати на диске с прошлогоднего концерта я прописал партию баяна. И эти диски уже готовы, их привезли из Москвы, и у многих исполнителей, выступавших в этом году, они уже есть. Записи получились очень хорошие. А когда уже будем записывать второй альбом «Ветра перемен»» Рауфаль Сабирович обещал записать и произведение «Кубэлэк», о котором я говорил выше, в качестве отдельного инструментального номера.
— А что слышно о третьем сезоне «Ветра перемен»?
— Я об этом не слышал, надеюсь на продолжение и развитие проекта (позднее помощник президента РТ Лейла Фазлеева подтвердила «БИЗНЕС Online», что «Үзгәреш җиле — 3» состоится - прим. ред).
— Есть у вас собственные идеи, как должен дальше развиваться фестиваль?
— Я бы хотел, чтобы в проекте «Ветер перемен» давали возможность выступать не только вокалистам, а также и различным инструментальным ансамблям. В Казани, например, есть много хороших коллективов... Пусть это будет в современном стиле, но при этом с сохранением национального колорита, как те же Jukebox Trio сделали. Прекрасно, я считаю. И молодежь восприняла их, и взрослое поколение.
«Музыкантам тяжело реализоваться в России, поэтому они уезжают заграницу» Фото: uyrgii.ru
«Я ГОТОВ ПРИЕЗЖАТЬ И РАДОВАТЬ СВОЙ НАРОД. КОНЕЧНО, ХОТЕЛОСЬ БЫ, ЧТОБЫ И РУКОВОДСТВО ТАТАРСТАНА БЫЛО В ЭТОМ ЗАИНТЕРЕСОВАНО»
— Вы сами упомянули о том, что практически не выступаете в Татарстане. Отсюда вопрос: почему с отъездом в Москву на учебу прервалась ваша творческая связь с родиной? Вы сами как это объясняете? Честно говоря, когда вас объявили ведущие «Үзгәреш җиле», то пришлось «загуглить» «Айдар Салахов» и узнать, что вы, хоть и молодой, но уже именитый музыкант. Даже стало немного неловко, что в Татарстане вас практически не знают.
— К сожалению, эта проблема касается многих деятелей искусства. Например, музыкантам тяжело реализоваться в России, поэтому они уезжают заграницу. Примерно с этой же целью я уехал в Москву. К сожалению,не все зависит от нас. Я готов приезжать и радовать свой народ. Конечно, хотелось бы, чтобы и руководство Татарстана было в этом заинтересовано. Потому что без них, получается, мы развиваемся там, где сами можем.
Но есть люди,которым я не безразличен. Мой родной дядя — глава Актанышского района Фаиль Мисбахович Камаев (на этой неделе Камаев возглавил Тукаевский район - прим. ред.) — часто к моему приезду устраивает концерты с моим участием, знакомит с высокопоставленными людьми, например, на одном из этих концертов я познакомился с замечательным человеком, Фардиевым Ильшатом Шаеховичем. Знакомству с которым я очень рад! Его заинтересовала моя творческая жизнь и он старается и поддерживает молодых талантливых людей, за что большое ему спасибо!
— Расскажите немного о себе, насколько мы знаем, вы — из Елабуги и у вас абсолютно музыкальная семья.
— Да, мой отец Ильдус Салахов был уникальным человеком — музыкантом, баянистом и композитором. Дедушка с бабушкой любили играть на гармошке и на тальянке. Моя мама любит петь татарские песни, раньше вместе с отцом выступали на различных концертах. Сестра Гараева (Салахова) Лилия проживает в городе Казани, имеет высшее музыкально-педагогическое образование и 19-летний опыт работы в сфере культуры, начиная с педагога-аккомпаниатора и до руководящей должности. Мой брат Ильдар Салахов – тоже известный баянист, обладатель «трофея мира» и заслуженный артист Татарстана.
— Он ведь играет в московской группе «Шурале»?
— Да. Кстати, почему бы их не пригласить на «Үзгәреш җиле»...
Так вот, когда мне было еще два года, я начал петь татарские песни, примерно в этом же возрасте впервые взял в руки гармошку, в которую я просто влюбился. Окончил Елабужскую музыкальную школу им Э. Бакирова, где проучился 7 лет. Я всегда знал, что хочу заниматься музыкой. Очень благодарен своему отцу, который в свое время учил меня играть не только по нотам, а учил воспринимать музыку на слух. Что, собственно, я продемонстрировал на «Үзгәреш җиле». Далее я окончил колледж имени Альфреда Гарриевича Шнитке, раньше еще он назывался — музыкальное училище им. Октябрьской революции в Москве, позже поступил в знаменитую академию имени Гнесиных, где отучился четыре года и учусь до сих пор, на втором курсе магистратуры.
— Вы ведь учитесь в Гнесинке у знаменитого Фридриха Липса?
— Да, наш общий преподаватель с братом – народный артист РФ, профессор Липс Фридрих Робертович. Я очень ему благодарен.
— В вашей карьере уже очень много наград, побед в разных конкурсах. Какие из них вы бы отнесли к самым значимым своим победам?
— Победы в конкурсах никогда не были для меня каким-то стимулом, они не приносят никакого удовольствия абсолютно. Мне большую радость доставляют концерты, игра перед публикой. Да, я выигрывал в именитых конкурсах: в Германии, Италии, Испании, в Москве и т. д. Последний по времени конкурс, в котором я стал победителем, прошел в этом году в Германии, в городе Клингенталь, — «Фогтландские дни музыки». Правда, я уже участвовал не в классической категории, а в эстрадной, где играл три свои композиции — вальс, танго, джаз и даже поп-музыку.
«И ТАТАРЫ, И РУССКИЕ ПРЕДСТАВЛЯЮТ БАЯН КАК ИНСТРУМЕНТ, КОТОРЫЙ БЕРУТ СОБОЙ НА СВАДЬБУ»
— Правильно ли мы понимаем, что нотная грамота зачастую вам вообще не нужна?
— Она нужна в основном при исполнении классической музыки. Художественный руководитель Московской филармонии Александр Чайковский приглашал меня на фестиваль знаменитого пианиста Бориса Березовского под названием «Музыка Земли», который проводился в прошлом году в Петербурге. Я играл в концертном зале Мариинского театра. И в гримерке, пока разыгрывался, заиграл «Думку» Чайковского — одно из самых исполняемых произведений для пианистов. В этот момент ко мне подошел Борис Березовский и спросил: «Айдар, как так можно на баяне играть, такое интересное звукоизвлечение и исполнение на баяне впервые слышу». Я ответил, что возможности баяна и аккордеона велики. И тогда он предложил сыграть это произведение с ним в дуэте. Я согласился... Получилось очень интересно и незабываемо.
В этом году в зале Чайковского также прошел его фестиваль, который мы открывали музыкой, собственно, Петра Ильича Чайковского. Кроме того, на этот фестиваль по заказу Бориса Березовского специально для меня сочинил музыку Кузьма Бодров – известный молодой композитор. Произведение называется «Юмореска», которая была написана для баяна с камерным оркестром.
— Борис Березовский, концертный зал Мариинки... Работу с какими музыкантами, на каких площадках вы можете отнести к наиболее важным для себя на сегодняшний день?
— Безусловно, это мои ребята, ансамбль Elegato music trio. Нашему ансамблю более 4 лет, Михаил Таланов и Дмитрий Тарбеев — очень перспективные ребята, отличные музыканты. С ними всегда приятно играть, потому что они мои лучшие друзья. За то время, что мы вместе, научились чувствовать друг друга и, самое главное, слышать, в ансамбле это главное связующее звено. Кстати, в прошлом месяце мы выпустили свой второй альбом с разнообразной программой, многие произведения собственного сочинения. Послушать наше творчество можно в iTunes!
Пока, на самом деле, не так много тех, с кем доводилось выступать, играть, но в будущем, надеюсь удастся посотрудничать со многими, с великими дирижерами и не только. Но больший акцент, я ставлю на то, чтобы играть сольно на своем инструменте. Очень здорово звучит, когда ты не ограничен и один концерт можешь отыграть в разных жанрах.
— Значит, вы себя пробуете еще и как композитор?
— Я пока не пишу музыку, а именно сочиняю и играю ее сам. У меня не хватает времени писать, хотя многие спрашивают ноты моих произведений. В будущем, думаю, буду сочинять больше, пока у меня есть пять-шесть пьес. На сегодняшний день есть главная моя задача – развивать баян, потому что к нему относятся очень ограниченно, а его надо раскрывать, у него очень много возможностей. И татары, и русские представляют баян как инструмент, который берут собой на свадьбу для того, чтобы петь частушки, и т.д., но это не так.
«Главная моя задача – развивать баян, потому что к нему относятся очень ограниченно, а его надо раскрывать, у него очень много возможностей»Стоп-кадр видео
«КОГДА Я ПРИЕЗЖАЮ В ТАТАРСТАН, СО МНОГИМИ ГОВОРЮ В ОСНОВНОМ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ, И ЭТО МНЕ НЕ НРАВИТСЯ»
— Расскажите немного о своей личной жизни.
— Моя муза и любимая супруга Яна всегда вдохновляет и поддерживает в моих начинаниях. Она сама музыкант, оперная певица, лауреат международных конкурсов. И родом она из Татарстана, из города Нижнекамск. Мы познакомились в Академии им. Гнесиных, хотя в детстве, оказывается, пересекались на одних и тех же конкурсах, но не были знакомы. В свободное время мы любим музицировать, даем совместные концерты. На досуге я занимаюсь плаванием, люблю кататься на лыжах, играть в футбол с друзьями.
И когда приезжаю в родную Елабугу, с родителями, с родственниками идем в лес кататься на лыжах – это такая наша предновогодняя традиция. Вообще, я человек, который очень любит свой инструмент, свою музыку и все остальное время посвящаю ей. Могу порой сутками сидеть и заниматься, не замечая, как прошло время.
— Один из наших традиционных вопросов: насколько серьезно в вашей жизни присутствует татарская культура?
— Конечно, присутствует. Нас татар объединяет наша культура и наш язык. Если их не будет — мы прекратим развиваться. Когда я приезжаю в Татарстан, со многими говорю в основном на русском языке, и это мне не нравится. Да, я живу в Москве, но не забываю свой язык, как некоторые. Потому что горжусь своей национальностью и культурой. Наш язык и традиции нас объединяют, помогают нам стать дружелюбнее что ли. Если честно, хотелось бы, чтобы татары, которые живут в Росиии, не стеснялись говорить на татарском языке, хранили традиции, ведь это наше будущее и будущее наших детей.