Компартия и Россия - кто более матери-истории ценен?

Борис Пильняк, 1923 год: 

«Вот чего я не признаю: не признаю, что надо писать захлебываясь, когда пишешь об РКП (Российская коммунистическая партия – С.Ц.), как это делают очень многие, особенно коммунисты, придавая нашей революции тон неприятного бахвальства и самохвальства, — не признаю, что писатель должен жить «волей — не видеть», или попросту врать, а вранье получается, когда не соблюдена статистическая пропорция (например: у нас европейски оборудованная Каширская электростанция, но пол–России еще живет без керосина — так вот, толковее писать, что у нас Россия сидит во мраке по вечерам, чем писать, что у нас проведена электрификация;.. я признаю, что коммунистическая власть в России определена — не волею коммунистов, а историческими судьбами России, и, поскольку я хочу проследить (как умею и как совесть моя и ум мне подсказывают) эти российские исторические судьбы, я с коммунистами, т.е. поскольку коммунисты с Россией, постольку я с ними … признаю, что мне судьбы РКП гораздо меньше интересны, чем судьбы России… ».