Как скала - корабел из Керчи восстановился после тяжелого ранения на СВО
Юрий идет впереди. Ступает осторожно, ровно, спину держит прямо. Время от времени он оглядывается – проверяет, не потерялась ли, не сбилась с пути? Проходим заводские площадки, ящики, балки, разные металлические конструкции, и ныряем в его кабинет. На замечание, что этот кабинет, пусть просторный, но все же темный, похож на берлогу, он, кажется, обижается и бросает резонное замечание: "Какая же это берлога? У меня здесь даже кран с водой есть. А у вас в кабинете есть такое?". Уголки его глаз едва улыбаются.
Юрий Тюкин — потомственный корабел. До того, как подписать контракт и уйти на СВО, был мастером ОТК (отдел технического контроля – ред.) на судостроительном заводе имени Б. Е. Бутомы в Керчи, но, говорит, после ранения – "не потянул компьютеры". Ведь суть работы мастера ОТК заключается в контроле за качеством продукции на всех этапах ее создания. Его зачислили судовым проверщиком.
"Теперь проверяю правильность сведения конструкций. Грубо говоря, берут два листа металла, сводят их, и проверяют расстояние между контрольными точками и контрольными линиями. Дальше металл из плоского становится объемной конструкцией, которая превращается в секцию, секции — в блоки, блоки соединяются, и появляется корабль", - поясняет он, опускаясь на стул у окна.
И если о своей работе он рассказывает подробно и увлеченно, так, что кажется – лучше этой профессии нет ничего на свете, то о себе говорит сдержанно: "Родился в Керчи и практически всю жизнь провел здесь. На заводе, считай, с самого детства работаю, ведь родители тоже были заводчанами. И сын мой сейчас здесь трудится".