Липецкие чекисты сегодня вправе поднять бокал за 100-летие образования органов безопасности именно в нашем регионе. 13 мая 1918 года принято решение об образовании отдела по борьбе с контрреволюцией в составе Совета рабочих и крестьянских депутатов. Отделу вменялась борьба с бандитизмом и саботажем, дезертирством и спекуляцией. Была, конечно, и административная работа. Стоит вспомнить кадр из замечательного фильма "Свой среди чужих, чужой среди своих", когда герой Сергея Шакурова, вскакивает из-за стола, заваленного пыльными бумагами, со словами "Закопали, зарыли славного бойца-кавалериста!". А куда было деваться, новой власти нужен был порядок и учет, липецким контрразведчикам, к примеру, нужно было вести регистрацию огнестрельного оружия, учет нетрудовых элементов, привлечение их к общественным работам и т.д. Впрочем, как и герой Шакурова, чекисты готовы были сменить бумажную работу на полевую в любой момент. В деле липецкой ЧК, о которой будет рассказано ниже, была бумажная, но, в первую очередь, оперативная работа. Учились на ходу, и справлялись тоже на ходу. Американский вестерн по-липецки Железная дорога в начале двадцатых годов прошлого века представляла собой лакомый кусок для многочисленных любителей легкой наживы. Грабители-одиночки, а уже тем более целые банды обчищали товарняки без надежной охраны. Одна из бандитских шаек орудовала между Липецком и станцией Грязи. Действовали бандиты нагло: среди бела дня налетали, как правило, на товарные поезда с хлебом и сахаром, обувью и мануфактурой. Остановив состав, они подчистую выгребали из вагонов все самое ценное и исчезали также внезапно, как и появлялись. Интересно, что бандитам всегда было известно, куда и с какими грузами двигается поезд, в каком вагоне наиболее ценная добыча. Оперативникам предстояло также выяснить, где скрываются налетчики, куда прячут груз. Не сразу, но удалось узнать, что на станции Грязи постоянно дежурят члены банды, выполняющие функции разведчиков. Среди "группы обеспечения", как выяснилось позже, были и некоторые станционные служащие. От них и шла информация о поездах и грузах. Действовали грабители в лучших традициях американских вестернов из жизни Дикого Запада. В нескольких километрах от станции начинался подъем, где поездам поневоле приходилось двигаться медленнее. Здесь-то бандиты и вскрывали вагоны, на ходу выбрасывали из них ящики и мешки. Подоспевшая на подводах банда подбирала груз, сообщников и скрывалась. А скрывалась, как выяснили оперативники, в Таволжанке. Уже оттуда все добро незаметно и скрытно расползалось по дальним и ближним селам. Но схватить бандитов с поличным на месте преступления или обнаружить у них награбленное никак не удавалось. Тем более сами бандиты мгновенно превращались в обыкновенных мирных крестьян. Таволжанка в то время было довольно большим селом. Но почему-то никто и слыхом не слыхивал ни о налетах, ни тем более об их участниках. Некоторое время спустя причина молчания стала ясна односельчан просто запугали. Конец "крестного отца" После очень тщательного, осторожного расследования удалось найти зацепку. Подозрение пало на известного в Таволжанке Емельяна Дятлова, многочисленная родня которого составляла едва ли не половину села. Рослый, крутой на расправу он держал в кулаке все село. Но никаких доказательств его участия в набегах, а тем более в руководстве банды не было. И тогда было принято решение "пожертвовать" еще одним эшелоном, чтобы вывести банду Дятлова, как говорится, на чистую воду. В назначенный для операции день по станции Грязи поползли слухи о товарном составе, который в этот день уходит со станции и который, кроме хлеба и промтоваров, повезет очень ценный груз. "Осведомленные" люди называли и баснословную стоимость этого груза, и даже номер вагона, в котором он уже находится. "Наводчики" отметили, что вагон ничем не отличается от остальных - обыкновенная запломбированная теплушка с тормозной площадкой. Расчет оказался правильным - бандиты клюнули. В месте, где поезд замедлил ход, по крышам вагонов тут же забегали бандиты. Из ближайшего леса на полном скаку помчались к железнодорожному полотну с полдесятка конных подвод. На передней из них во весь рост стоял сам Емельян Дятлов.Обнаружив, что заветный вагон с "драгоценным грузом" пуст, бандиты также стремительно бросились наутек. Но здесь их уже ждали засады поставили со всех сторон, перекрыв пути отступления. Налетчики были взяты вместе с предводителем. Дорогая цена "крестной" головы Пока шли допросы и собирались доказательства о "подвигах" Емельяна, его многочисленная богатая родня без дела не сидела. В ЧК потянулись ходоки с одной и той же просьбой "по-человечески отнестись к судьбе Дятлова". При этом все приватные разговоры и увещевания родственников неизменно заканчивались обещаниями по-царски отблагодарить следователя. В ход пустили умудренных адвокатов. В Липецке тогда работал известный еще до революции адвокат Устинов, который руку набил на разваливании уголовных дел. Выступив в роли этакого "консильери" семьи Дятлова, тот занялся делом таволжанского "крестного отца". Однажды Устинов в один из воскресных дней без предупреждения пожаловал прямо домой к следователю. Начал адвокат издалека. Завел разговор о погоде, о тяжелых временах, и о неблагодарной работе следователя. Молодому следователю тот пообещал весьма солидное вознаграждение. Не получил ни положительного, ни отрицательного ответа. Отложили окончательные переговоры до следующей встречи. На следующее утро о предложении взятки следователь рассказал своему руководству. Взвесив все "за" и "против", чекисты решили вывести нечистоплотного адвоката на чистую воду. Рассудили так: наверняка, Устинов сумел взять у родственников Дятлова солидный куш для подкупа следователя. Большую часть, естественно, он присвоит себе, а малую часть передаст чекисту. Если следователь откажется, Устинов все загребет себе, а Дятловым скажет, что в ЧК деньги взяли, но ничего не смогли сделать. Куда полезнее полученные от хапуги деньги, обратить в доход государства. Поэтому взятку решили "принять", и чтобы не было разговоров, при свидетеле с соответствующим документальным оформлением. На следующий день адвокат явился в кабинет следователя в строго назначенное время с пухлым свертком под мышкой. Увидев постороннего сотрудника в кабинете, Устинов насторожился. Его поспешили успокоить: вдвоем будет проще посодействовать в деле Дятлова. Этот довод показался Устинову резонным. Затем адвокат положил сверток на край стола - деньги в свертке были немалые: за голову бандитского атамана были готовы платить, сколько потребуется. Мафиозные потери Не успели чекисты опомниться, Устинов учтиво попросил написать расписку, якобы для отчета перед родственниками клиента. Неожиданный шаг адвоката чекисты оценили сразу: хочет иметь у себя на руках компромат для решения подобных дел в будущем. Но решили играть до последнего. Следователь, ничуть не смутившись, стал писать необходимый документ. Другой чекист деловито начал пересчитывать ворох купюр. Оба закончили почти одновременно. Осталось только подписать - бумага легла перед адвокатом. Прочитав ее, Устинов заметно побледнел. Перед собой он увидел не расписку в получении денег, а ... акт о даче взятки следователю. Адвокат, поняв, что попался, стал юлить и оправдываться. Весь его доброжелательный тон как ветром сдуло. От неожиданности, он совсем обмяк и послушно подписал акт. Потом ему пришлось признаться и в том, что взял у родственников Дятлова в два с половиной раза больше, чем пытался всучить чекистам. Вскоре Устинов стараниям чекистов был с треском выгнан из коллегии адвокатов. А вслед за ним на полную катушку получил и его подзащитный - Емельян Дятлов. В подготовке материала использованы фрагменты книги Сергея Разбирина "Дело государственной важности", материалы архива управления ФСБ по Липецкой области Редакция благодарит за помощь и содействие пресс-службу УФСБ региона LipetskMedia.Ru
