Порошенко на взводе
Давно уже подмечено, что президент Украины Петр Порошенко отличается повышенной эмоциональностью. Периодически, появляясь на публике взвинченным, он выплескивает свои эмоции на окружающих его людей. Последнее из «ярких» проявлений такой реакции произошло на Всемирном экономическом форуме в швейцарском городе Давос. На престижном мероприятии, собравшем руководителей крупнейших мировых корпораций, глав государств и правительств, Порошенко «отметился» скандалом с вице-премьером Российской Федерации Юрием Трутневым. Если обратиться к психологии, то такое поведение очень напоминает невротическое.
Но точно понять невроз это или нет, можно только, если определить симптомы и их причины. Используя научную терминологию — установить, что является психотравмирующим фактором. Как правило, он связан с личностными особенностями того или иного человека.
К личности Петра Алексеевича мы и обратимся. А для упрощения работы проследим его действия на протяжении последних двух лет.
При подготовке этой статьи, мне случайно попалось интервью Порошенко двухгодичной давности. Оно очень хорошо иллюстрирует, с какими настроениями один из лидеров Евромайдана начинал свой путь к власти. В комментарии для российского либерального издания «Новая газета» за 23 декабря 2013 года будущий глава украинского государства начал диалог с журналистом с упрека, что Российская Федерация, мол, предлагает Украине деньги, а ему как украинцу важны «ценности». Дословно: «в России речь идет о деньгах, в Европе — о ценностях». Но когда корреспондент переводит диалог на вопрос о кредитах, Петр Алексеевич сразу же подхватывает эту тему. Более того, когда журналист сравнивает размеры финансовых предложений Москвы и Брюсселя и указывает на их равноценность, хозяин компании «Рошен» произносит сокровенную фразу: «Сумма помощи от ЕС может быть увеличена».
После прочтения этого интервью неизбежно возникал вопрос: кем Петр Алексеевич ощущает себя внутри? Политиком, ориентирующимся на пожелания электората? Государственным деятелем, беспокоящимся о судьбе страны? Бизнесменом, думающим о модернизации собственных предприятий? Или просто торговцем?
Если проследить деятельность Порошенко в дальнейшем, то эти вопросы будут возникать регулярно. На ум приходят его попытки представить себя в роли миротворца, когда 8 мая 2014 года, выступая на предвыборном митинге в Кременчуге, он сделал сенсационное заявление, что первые его шаги будут направлены на мирное урегулирование конфликта на Востоке страны. Цитата его речи с сайта УНИАН: «Вчера я был в Германии и там меня спросили, куда я совершу первый визит: в Москву, Брюссель или Вашингтон? Я ответил, что я поеду на Донбасс — в Донецк и Луганск».
Но после своего избрания Порошенко поехал не в юго-восточные регионы Украины, а в противоположную сторону. 4 июня он совершил свой первый визит… в Варшаву. Прибыл на встречу с американским и польским президентами, чтобы просить финансовую помощь.
Не определившись со своими приоритетами, разрываясь между стремлением, с одной стороны, предстать в глазах окружающих в статусе государственного деятеля, а с другой стороны, выступая в роли обычного просителя, украинский президент потерял драгоценное время для урегулирования конфликта. В результате его инаугурация 7 июня прошла под гул канонады на Востоке страны. Но вместо того, чтобы собраться, расставить четко приоритеты в своей голове, Порошенко раздраженно прореагировал на дальнейшее ухудшение ситуации, обвинил во всех проблемах Россию и «финансируемых ею террористах» и уже через три дня после вступления в должность отдал приказ армии начать полномасштабные военные действия, развязав гражданскую войну.
И сегодня, спустя полтора года, Петр Алексеевич продолжает путаться — кто же он? Бизнесмен или глава государства. Озвучив еще 31 марта 2014-го в эфире программы ТСН идею использования «судебных механизмов Международного суда справедливости, Европейского суда по правам человека и других международных инстанций» для возвращения Крыма, Порошенко не приводил свою угрозу в действие пока фабрика «Рошен» в Липецке массово выпускала свою продукцию. И только когда спрос на рошеновские товары в России (согласно заявлению генерального директора кондитерской корпорации Вячеслава Москалевского порталу ЛІГА.net) упал в четыре раза, «шоколадный король» материализовал свою идею с исками. Но загадкой остался вопрос, в каком статусе он себя позиционирует? Если в роли первого лица государства, который хочет вернуть Крым в состав Украины, то почему инициированные им иски в большинстве являются коммерческими? Из шести подданных с украинской стороны исковых заявлений против России два принадлежат структурам Игоря Коломойского («Приватбанк» и фактически контролируемая им «Укрнафта»), еще два частным компаниям, связанным с девелоперской деятельностью («Everest Estate» и «Stabil»).
Складывается впечатление, что Петр Алексеевич и сегодня не может определиться, кто он — торговец, занимающийся временно политикой или политик, использующий свою деятельность для торговли. Его словно разрывают заложенная в крови коммерческая жилка и непомерные политические амбиции.
Если вновь обратиться к психологии, то подобная противоречивость и неопределенность приоритетов и предпочтений, неправильное их акцентирование является одним из главных симптомов, который вызывает неврозы. И хуже всего, если невротическое состояние затягивается — человек начинает к нему привыкать, появляется убеждение, что это не отклонение, а норма. В таком состоянии уже невозможно адекватно воспринимать какую-либо критику в свой адрес. Страдающий неврозом всегда будет болезненно на нее реагировать, считая это проявлением несправедливого к себе отношения. Чем больше устоявшиеся в его сознании искаженные представления входят в конфликт с окружающей действительностью, тем чаще невротик винит в своих проблемах других. Не напоминает ли это поведение человека, который перекладывает ответственность за все проблемы в собственном государстве на соседнюю страну (Россию)?
Но если Петр Алексеевич продолжит накапливать агрессию и злобу в отношении соседа, то должен знать, что страдающий неврозом неизбежно подвергается деструктивному внутреннему воздействию. Проще говоря, разрушает в первую очередь себя как личность, стремительно проходя четыре стадии:
О последней стадии есть полезный труд выдающегося французского ученого Эмиля Дюркгейма «Самоубийство». Особенно примечательно описание эгоистического типа сведения счетов с жизнью. Это когда человек испытывает настолько разнонаправленные, противоречивые желания (денег, славы, успеха в политике, наслаждений), что их невозможно сразу удовлетворить. Учитывая то, что такой человек лишён воздействия семейной и групповой морали, которая учит воздержанию и помогает достичь душевного равновесия, такой путь ведет к сведению счетов с жизнью.
Впрочем, подчеркивает Дюркгейм, у человека всегда есть выбор и возможность остановиться.
Юрий Городненко
Но точно понять невроз это или нет, можно только, если определить симптомы и их причины. Используя научную терминологию — установить, что является психотравмирующим фактором. Как правило, он связан с личностными особенностями того или иного человека.
К личности Петра Алексеевича мы и обратимся. А для упрощения работы проследим его действия на протяжении последних двух лет.
При подготовке этой статьи, мне случайно попалось интервью Порошенко двухгодичной давности. Оно очень хорошо иллюстрирует, с какими настроениями один из лидеров Евромайдана начинал свой путь к власти. В комментарии для российского либерального издания «Новая газета» за 23 декабря 2013 года будущий глава украинского государства начал диалог с журналистом с упрека, что Российская Федерация, мол, предлагает Украине деньги, а ему как украинцу важны «ценности». Дословно: «в России речь идет о деньгах, в Европе — о ценностях». Но когда корреспондент переводит диалог на вопрос о кредитах, Петр Алексеевич сразу же подхватывает эту тему. Более того, когда журналист сравнивает размеры финансовых предложений Москвы и Брюсселя и указывает на их равноценность, хозяин компании «Рошен» произносит сокровенную фразу: «Сумма помощи от ЕС может быть увеличена».
После прочтения этого интервью неизбежно возникал вопрос: кем Петр Алексеевич ощущает себя внутри? Политиком, ориентирующимся на пожелания электората? Государственным деятелем, беспокоящимся о судьбе страны? Бизнесменом, думающим о модернизации собственных предприятий? Или просто торговцем?
Если проследить деятельность Порошенко в дальнейшем, то эти вопросы будут возникать регулярно. На ум приходят его попытки представить себя в роли миротворца, когда 8 мая 2014 года, выступая на предвыборном митинге в Кременчуге, он сделал сенсационное заявление, что первые его шаги будут направлены на мирное урегулирование конфликта на Востоке страны. Цитата его речи с сайта УНИАН: «Вчера я был в Германии и там меня спросили, куда я совершу первый визит: в Москву, Брюссель или Вашингтон? Я ответил, что я поеду на Донбасс — в Донецк и Луганск».
Но после своего избрания Порошенко поехал не в юго-восточные регионы Украины, а в противоположную сторону. 4 июня он совершил свой первый визит… в Варшаву. Прибыл на встречу с американским и польским президентами, чтобы просить финансовую помощь.
Не определившись со своими приоритетами, разрываясь между стремлением, с одной стороны, предстать в глазах окружающих в статусе государственного деятеля, а с другой стороны, выступая в роли обычного просителя, украинский президент потерял драгоценное время для урегулирования конфликта. В результате его инаугурация 7 июня прошла под гул канонады на Востоке страны. Но вместо того, чтобы собраться, расставить четко приоритеты в своей голове, Порошенко раздраженно прореагировал на дальнейшее ухудшение ситуации, обвинил во всех проблемах Россию и «финансируемых ею террористах» и уже через три дня после вступления в должность отдал приказ армии начать полномасштабные военные действия, развязав гражданскую войну.
И сегодня, спустя полтора года, Петр Алексеевич продолжает путаться — кто же он? Бизнесмен или глава государства. Озвучив еще 31 марта 2014-го в эфире программы ТСН идею использования «судебных механизмов Международного суда справедливости, Европейского суда по правам человека и других международных инстанций» для возвращения Крыма, Порошенко не приводил свою угрозу в действие пока фабрика «Рошен» в Липецке массово выпускала свою продукцию. И только когда спрос на рошеновские товары в России (согласно заявлению генерального директора кондитерской корпорации Вячеслава Москалевского порталу ЛІГА.net) упал в четыре раза, «шоколадный король» материализовал свою идею с исками. Но загадкой остался вопрос, в каком статусе он себя позиционирует? Если в роли первого лица государства, который хочет вернуть Крым в состав Украины, то почему инициированные им иски в большинстве являются коммерческими? Из шести подданных с украинской стороны исковых заявлений против России два принадлежат структурам Игоря Коломойского («Приватбанк» и фактически контролируемая им «Укрнафта»), еще два частным компаниям, связанным с девелоперской деятельностью («Everest Estate» и «Stabil»).
Складывается впечатление, что Петр Алексеевич и сегодня не может определиться, кто он — торговец, занимающийся временно политикой или политик, использующий свою деятельность для торговли. Его словно разрывают заложенная в крови коммерческая жилка и непомерные политические амбиции.
Если вновь обратиться к психологии, то подобная противоречивость и неопределенность приоритетов и предпочтений, неправильное их акцентирование является одним из главных симптомов, который вызывает неврозы. И хуже всего, если невротическое состояние затягивается — человек начинает к нему привыкать, появляется убеждение, что это не отклонение, а норма. В таком состоянии уже невозможно адекватно воспринимать какую-либо критику в свой адрес. Страдающий неврозом всегда будет болезненно на нее реагировать, считая это проявлением несправедливого к себе отношения. Чем больше устоявшиеся в его сознании искаженные представления входят в конфликт с окружающей действительностью, тем чаще невротик винит в своих проблемах других. Не напоминает ли это поведение человека, который перекладывает ответственность за все проблемы в собственном государстве на соседнюю страну (Россию)?
Но если Петр Алексеевич продолжит накапливать агрессию и злобу в отношении соседа, то должен знать, что страдающий неврозом неизбежно подвергается деструктивному внутреннему воздействию. Проще говоря, разрушает в первую очередь себя как личность, стремительно проходя четыре стадии:
- Совершение преступлений. Заметим, что это относится к отдаче преступных команд (обстреливать мирных жителей и др).
- Алкоголизм. Это мы даже не комментируем.
- Наркомания. Часто эта стадия совпадает с предыдущей, т.к. алкоголизм и наркомания имеют один и тот же эффект.
- Самоубийство.
О последней стадии есть полезный труд выдающегося французского ученого Эмиля Дюркгейма «Самоубийство». Особенно примечательно описание эгоистического типа сведения счетов с жизнью. Это когда человек испытывает настолько разнонаправленные, противоречивые желания (денег, славы, успеха в политике, наслаждений), что их невозможно сразу удовлетворить. Учитывая то, что такой человек лишён воздействия семейной и групповой морали, которая учит воздержанию и помогает достичь душевного равновесия, такой путь ведет к сведению счетов с жизнью.
Впрочем, подчеркивает Дюркгейм, у человека всегда есть выбор и возможность остановиться.
Юрий Городненко