Политический аналитик Артем Шрайбман — о перспективах переговоров Минска с Западом. — Лукашенко напоминает, что с ним надо говорить. Возможно, обсуждать снятие санкций. Освобождение Зенковича через пару месяцев после освобождения американцев — это более-менее явный сигнал, что переговоры с Америкой за кулисами идут, — говорит Артем Шрайбман в новом выпуске Часики тикают. — Поэтому я жду продолжения. Не знаю, дойдут ли до сделки по обмену значимого числа политзаключенных на отмену санкций США, о чем писали в феврале, но думаю, шансы не нулевые. Тут много неизвестных. Заинтересует ли Минск отмена этих санкций, если в них не будет допуска к портам в Клайпеде? Станет ли США продавливать Литву, чтобы освободить беларуских политзаключенных? Пока непонятно. Это вопрос, в котором нельзя ничего утверждать, потому что с Почобутом тоже было много договоренностей, которые в итоге не сработали, и сделки отменялись чуть ли не в последний момент. Тут остается только ждать. Но я думаю, что этот процесс идет и на сегодня это самый перспективный процесс, который есть у Минска с Западом. Политический аналитик также прокомментировал шанс на переговоры Минска с Польшей, и как на это могут повлиять президентские выборы, первый тур которых прошел в соседней стране 18 мая. — У Польши есть опыт долгого взаимодействия с Лукашенко и понимание, что это человек, который, в принципе, конъюнктурен, и с ним можно отматывать шаги назад. Именно поэтому Польша так четко увязала свободу Почобута с погранпереходами, потому что понимает: с этим режимом можно торговаться, несмотря на всю ригидность своей позиции, на всю жесткость и принципиальность. Во-вторых, может быть, после выборов в Польше станет попроще. Пока две политические силы во власти, слишком большой риск получить порцию критики от второй стороны, и эта критика будет болезненной. Может, когда вся власть будет в руках «Гражданской платформы», если Тшасковский победит на выборах, тогда, возможно, какие-то вещи будет легче проводить, в том числе во внешней политике и компромиссов с Минском. Но я говорю о повышении вероятности с 5 до 20%. Я не считаю, что это прям сильно вероятно и мы в конце года увидим какую-то сделку. У Польши тоже много сдерживающих факторов, один из которых заключается в том, что тяжело одной рукой минировать границу, а второй — вести переговоры об открытии погранперехода. Но у Польши есть хотя бы понятный рычаг: транзит, логистика, погранпереходы. В контексте переговоров Минска с Западом, которые касаются освобождения беларуских политзаключенных и снятия санкций, обращает внимание Шрайбман, есть вопрос к режиму Лукашенко. — Мы много говорим о Западе, но это не очень объективно. Если бы власти хотели послать четкий сигнал, они бы могли что-то сделать с репрессиями. То, как демонстративно продолжаются репрессии, — тоже подсекает возможность разговаривать. Если ты пытаешься для себя понять, насколько Лукашенко заинтересован в диалоге, то первое, на что ты смотришь — это не только освобождает ли он людей, но и что происходит с репрессиями. А там все та же дичь и даже больше — бывшие политзаключенные умирают, на Нину Багинскую завели уголовное дело, аресты не останавливается. <…>. И это, я думаю, демотивирует людей. Если бы Лукашенко был заинтересован в диалоге, я думаю, у него были бы возможности сломить эту апатию более четкими сигналами, которые ему мало бы что стоили. «Генерал КГБ»: Лукашенко провел чистки среди пророссийски настроенных силовиков
