Здесь творил Гайдай. Репортаж из закрытой лаборатории «Мосфильма»

В киноиндустрии Москвы знают — этой весной ушла целая эпоха: на базе киноконцерна «Мосфильм» закрылась лаборатория по обработке плёнки. Накануне вывоза оборудования корреспондент aif.ru посетила старейшее кинопроизводство, чтобы запечатлеть цеха, где когда-то работали самые известные режиссеры страны.

«Бобины», а ласково «бобышки»

Лаборатория находится в одной из отдаленных частей огромнейшей территории «Мосфильма». Непримечательное трехэтажное здание располагается рядом с новейшим 16-м съёмочным павильоном. Вход строго по пропускам, внутри чисто — почти стерильно. Встречают — сотрудники лаборатории в белых халатах. Стоящий в помещении запах, кстати, схож с запахами в медицинской лаборатории.

В моих представлениях цех по проявке киноплёнки выглядел следующим образом: ванны с различными растворами, приглушённый красный свет, а по периметру помещения на верёвках сушится готовая пленка. Однако, всё оказалось совсем не так. Переступив порог «сердца» плёночного производства, в глаза мне сразу бросились огромные машины Photomec, которые с шумом перематывают плёнку.

Специалист по проявке негатива Елена Широкова объясняет, что это уже непосредственно проявка, а изначально плёнку подготавливают к обработке в тёмных закрытых помещениях. Там же, исходные материалы проверяют на дефекты — в основном, надрывы — и устраняют видимые повреждения. Затем укладывают в специальные кассеты, заряжают в машины и начинается проявочный процесс. Пленка начинает змееобразное движение по специальной ленте — ракорду. Таким образом, она проходит сквозь несколько баков с химическими растворами: проявитель, фиксаж, промывку и пр. Кстати, растворы готовятся на основе серной кислоты и поступают в машины по трубкам с третьего этажа. Далее плёнка выходит в сушильный шкаф и наматывается на «бобины» или, как называют их специалисты Лаборатории «бобышки» — пластиковый круг в основании кассеты. Весь процесс занимает примерно 30 минут.

Елена Широкова трудилась в лаборатории обработки плёнки «Мосфильма» около двадцати лет. За всю свою карьеру подготовила не только полнометражные фильмы и клипы, но и участвовала в восстановлении коллекции Российского государственного архива кинофотодокументов. Не без волнения коротко делится мнением о закрытии цеха: «Очень жаль, что пленка становится историей!»

Тарантино, Лунгин, Урсуляк

Мосфильмовская лаборатория начала свою деятельность практически с момента основания киностудии в 1924 году. Позже, в 1965-м цех переехал в специально построенное для лаборатории трехэтажное здание. В этих стенах работали самые прославленные кинорежиссеры «Мосфильма» — Пырьев, Пудовкин, Ромм, Бондарчук, Гайдай, Рязанов, Данелия, Кончаловский, Михалков, Шахназаров и многие другие. В «золотой век» пленочного кинопроизводства лаборатория работала в три смены, машины наматывали тысячи километров пленки «Свема», а затем и «Кодак». В начале двухтысячных цех на собственные средства киностудии был серьёзно модернизирован — было закуплено современное на тот момент оборудование, сделан капитальный ремонт помещений. Но уже к началу 2010-х стремительное развитие цифровых технологий, сделало пленочное кинопроизводство нерентабельным.

«Долгие годы лаборатория, по сути, является убыточным цехом "Мосфильма”. Мы хоть и имеем статус "федерального государственного предприятия”, но живём и развиваемся на деньги, которые сами заработали. Экономически — подразделение нерентабельно, содержание же такого цеха требует немалых затрат. Часть сотрудников мы перевели в другие подразделения, часть специалистов пенсионного возраста отправятся на заслуженный отдых», — пояснил пресс-секретарь «Мосфильма» Евгений Долгих.

Стоит отметить, что и ограничения по поставке плёнки, введенные против России странами Запада тоже дали о себе знать, но не стали основной причиной закрытия лаборатории «Мосфильма».

«Санкции на поставки в РФ пленки "Кодак” действительно есть, сложно получить и необходимые для проявки реактивы. Но я вас уверяю, что дело отнюдь не в санкциях — даже если бы у нас было огромное количество плёнки — режиссеры на неё просто не снимают! В последние годы в лаборатории было подготовлено несколько проектов: художественный фильм "Братство” Павла Лунгина и многосерийная картина "Ненастье” Сергея Урсуляка. В остальном — это частные мелкие заказы, которые бывают очень редко», — добавил пресс-секретарь «Мосфильма» Евгений Долгих.

Работа с киноплёнкой действительно стала более сложной и дорогой. Простой пример — в советское время на фильм приходилось около трехсот монтажных склеек. Современное кинопроизводство усложнилось — теперь в среднестатистической ленте таких склеек не менее трёх тысяч! Сегодня съемка на пленку — скорее, весьма затратная блажь для настоящих синефилов, типа Квентина Тарантино.

Лаборатория на «Мосфильме» — единственная в своём роде, но не последняя в стране. Проявить плёнку можно в «Госфильмофонде», тем более, что «Мосфильм» передал туда большую часть своего оборудования и обучил сотрудников ГФФ.

Профессионалы уверены, что развивать производство необходимо, но уже в совсем других масштабах — в том числе, с привлечением частных энтузиастов. Ну а плёнка останется красивой и романтичной частью славной истории кино, которая продолжается.