Младшая дочь Корнея Чуковского: судьба необычной девочки, без которой не было бы сказок

Именно так всегда утверждал Корней Чуковский, отец четверых детей. Он женился в 21 год на женщине, которая была на два года старше, — Марии Борисовне. В этом браке через короткие промежутки времени на свет появились Лидия, Николай и Борис. Лидия впоследствии сделалась правозащитницей, кроме того, она была писательницей и переводчицей – пошла по стопам отца. И Николай, кстати, тоже. Младший сын Борис погиб на фронте.

Детей Чуковский просто обожал. Они его — тоже. Часами играли с отцом, и он позволял им буквально все — катал их на плечах, разрешал ползать и прыгать по себе, придумывал захватывающие игры и развлечения.

Но когда родилась самая младшая, Мария, она стала для Чуковского (ему в тот год исполнилось 38 лет) не просто любимой дочкой, — она стала вдохновительницей, музой и даже соавтором талантливого писателя. Помните сказку «Чудо-дерево»? Там рассказывается о девочке Мурочке, которая это дерево вырастила. Мурочка — это и есть Мария, такой в то время принято было использовать уменьшительно-ласкательный вариант.

Мура родилась в 1920 году. Трудное для страны и для семьи время. Идет Гражданская. Книги Чуковского жестоко критикуют и запрещают. Чтобы прокормить семью, он читает лекции и перебивается другими случайными заработками. Но именно в те годы, когда Мурочка росла и взрослела, он написал лучшие свои детские произведения. Для нее. Благодаря ей. 

Поздняя дочка стала для писателя настоящим счастьем. Он проводил с ней каждую свободную минуту, с трепетом наблюдая и записывая в дневник каждый шаг, каждое новое слово, выученное малышкой. 

Именно для нее Чуковский сочиняет и записывает сказки в стихах. Иначе было нельзя — только с папиными присказками и прибаутками она соглашалась есть и спать. А эти присказки потом складывались в истории. К тому времени, когда Муре исполнилось пять лет, Чуковский выпустил сборник «Муркина книга», посвятив его, разумеется, любимой дочери.

Отцу и дочери удалось превратить то голодное время в удивительно счастливые годы. Чуковский без устали придумывал все новые игры и сказки для малышки, не обращая внимания на реакцию окружающих. Например, однажды девочка просила собачку, а отец спросил: не хочет ли она сама побыть собачкой? Мура с радостью согласилась. Корней Иванович надел на дочь поводок и так гулял с ней, а она с восторгом бегала на четвереньках и звонко лаяла.

Живая, смышленая девочка быстро выучилась читать, у нее было удивительно тонкое понимание поэзии, и скоро не было для Корнея Ивановича лучшего собеседника, чем младшая дочь: они подолгу обсуждали прочитанные книги, Мура легко запоминала длинные стихи и с удовольствием декламировала их.

Когда девочке исполнилось 7 лет, родители едва не потеряли ее. Тяжелый приступ аппендицита надолго уложил ребенка в постель. Врачи запрещали ей принимать пищу и рекомендовали прикладывать лед: антибиотиков тогда не существовало, и других способов лечить аппендицит не знали. Чуковский с болью наблюдал, как худенькая дочка становится все невесомее, как заостряется ее личико... 

Он уже и не надеялся на выздоровление. Но в тот раз судьба пощадила любящего отца: Мура поправилась. А в сердце писателя поселился страх потерять свою любимицу.

Настоящая беда пришла в декабре 1929-го: у Муры обнаружили костный туберкулез. В то время это была по-настоящему грозная и неизлечимая болезнь. Чтобы с ней бороться, необходим был сильный организм. У девочки, росшей в голодные годы, особых сил не было... На долю Чуковского выпало страшное: изо дня в день наблюдать мучения дочери, понимая, что она угасает и что уход неизбежен. Мура перестала видеть одним глазом, потом болезнь поразила второй, у нее начинаются боли в ногах...

Не в силах видеть мучения ребенка, Чуковский соглашается перевезти ее в один из крымских санаториев: говорят, что климат и мастерство врачей творят чудеса. Перевозка становится ужасным испытанием: девочка кричит от боли при каждом толчке и повороте машины... Но привезли ее слишком поздно, болезнь была в запущенном состоянии.

Невозможно представить, какие страдания выпали на долю этой мужественной девочки и ее родителей. Во время сильных приступов боли Мура просила, чтобы отец держал ее за руку и без остановки рассказывал — все равно что, хоть стихи, хоть сказки, главное, не останавливаться. 

После долгих мучений, после ампутаций и операций, в ноябре 1931 года Мурочка умерла. Чуковский похоронил дочку и вернулся в Москву, на всю жизнь возненавидев Крым, то место, где его любимая девочка вынесла нечеловеческие страдания.

Шло время. Литературные скандалы вокруг Чуковского утихли, его перестали критиковать, затем признали одним из лучших детских писателей. Его стихотворные сказки начали издавать огромными тиражами, а потом и вовсе отметили Чуковского Ленинской премией и вручили орден Ленина. Только вот ничто больше не приносило ему радости. И ничто не могло вдохновить на новые детские сказки.

Детских стихов и сказок он больше никогда не писал. Вместе с Мурой он потерял ту часть своей души, которая помогала ему оставаться ребенком. Он больше не верил в сказку. Зато подарил сказку российским детям – они и сегодня знают все его стихи и любят.