Как-то ко мне на работу пришел сын легендарного актера Михаила Ильича Бушнова, Александр Михайлович Бушнов, известный юрист. Он долгие годы работал в органах внутренних дел следователем. Александр Михайлович поблагодарил меня за то, что я написал о его отце в книге «Ростовские портреты». Он подарил мне уникальную работу искусствоведа Дживелегова, которая хранилась в семейном архиве и называлась «Черты провинциальной жизни на рубеже XIX века». По сути, это рукопись, которую напечатали на печатной машинке. Типичный самиздат советского времени. Напомню, что Алексей Карпович Дживелегов − выдающийся искусствовед, литературовед. Он родился в 1875 году в Нахичевани-на-Дону. Дживелегов в работе «Черты провинциальной жизни на рубеже XIX века» рассказывает о дневнике своего прапрадеда Христофора Степановича Аладжалова. Этот дневник очень интересен. Как пишет Дживелегов, Аладжаловы приехали торговать в крепость Святителя Димитрия Ростовского еще в 1778 году. То есть до переселения армян на Дон. А с 1785 года стал вести свой дневник Христофор Степанович Аладжалов. Он писал по-армянски и по-русски. Аладжалов был очень религиозным человеком. Он сообщает: «1798 года, августа 26-го, паломники поехали в Иерусалим на поклонение святым местам. До Яффы доехали, вернулись назад. Война там была с французом. В Иерусалим не могли попасть. Назад приехали. За грехи наши». Как пишет Дживелегов, комментируя дневник своего прапрадеда, генерал Бонапарт, вероятно, и не подозревал, что своей египетской экспедицией помешал целой группе нахичеванских армян совершить паломническую поездку по святым местам. Аладжалов о русских царях О каждом русском царе Аладжалов оставил свое мнение в дневнике. Например, в 1801 году он написал: «В понедельник скончался император Павел Петрович (12 марта по старому стилю, 24 марта по-новому, прим. автора). Крутой был царь». Интересно описывает Аладжалов смерть императора Александра I и те события, которые произошли после этого: «1825 года, ноября 19-го (1 декабря по новому стилю, прим.), в четверг, император наш Александр Павлович скончался в Таганроге. Господь да благословит его душу. А тело повезли хоронить в Петербург. И в то же число брат его Константин Павлович сделался царем». Последняя фраза зачеркнута в дневнике карандашом. Сбоку Аладжалов приписал: «Не вышло». Дальше он пишет: »…император наш Николай Павлович помазан был царем и занял престол брата». Телесные наказания нахичеванского магистрата По указу императрицы Екатерины Великой в Нор Нахичеване был учрежден магистрат, в котором армяне по своим правилам вели дела, но с обязательным учетом российских законов. Существовали у нахичеванских армян и необычные для нашего дня телесные наказания. Например, могли наказать за грубость старшим. Интересно описывает Аладжалов, как армянские поселенцы на Дону вершили свой суд: «В 1801 году, 31 декабря, некий сын отцу своему говорил дерзкие слова и руку на него поднял. На рынке ему дали 50 палок». Вот так. Чтобы не смел отцу грубить да еще и руку поднимать. Позор! Раз наказание проводили на базаре или Базарной площади Нахичевани, то нетрудно себе представить, какое большое количество людей, в том числе зевак, наблюдало за этими экзекуциями. К счастью, подобные наказания были редкими. И вскоре, к середине девятнадцатого века, в Нахичевани появилась Дума, ничем не отличавшаяся от общероссийских. Да и Нахичевань-на-Дону к середине девятнадцатого века была уже настоящим европейским городом, только обладающим своим неповторимым национальным колоритом. А вот в начале девятнадцатого века Нор Нахичеван еще город восточный со своими обычаями. Местные путешественники его нередко сравнивали с Константинополем по укладу жизни и обилию торговцев и товаров. Наполеон и донские армяне А что же Наполеон, спросите вы. Ведь именно из-за него армянские паломники из Нахичевани в Иерусалим попасть не смогли. И вот тут надо сказать, что нахичеванский магистрат строго следил не только за порядком в городе и нравственностью. Магистрат, как сегодня сказали бы, пытался заниматься воспитательной работой среди населения. Светлана Мелконовна Хачикян в работе «Участие донских армян в Отечественной войне 1812 года» пишет, что патриотический дух донских армян во время войны с Наполеоном выразился также и в строгом запрете магистратом развлечений, игры на музыкальных инструментах (кяманче и дайре) «ни на свадьбах, ни весельях и кутежах и ни где-либо. Нельзя играть на кяманче или на дайре, ибо иные не есть дни радости. Когда по милости бога наступят радостные дни, тогда специально уведомим, а теперь знайте, что на 10 рублей будет оштрафован тот, кто поручит играть, а игравшие на кяманче или на дайре будут наказаны». По данным С. М. Хачикян, этот приказ магистрата был опубликован 17 сентября 1812 года, когда враг после Бородинского сражения находился в Москве. Кроме запрета игры на музыкальных инструментах нахичеванский магистрат призвал женщин соблюдать нравственность и вести себя благопристойно. «Магистрат наш видел, что некоторые наглые женщины сами или же их дочери ходят в церковь, или в другие места, или же в баню с золотыми украшениями, несмотря на то что много раз было предупреждение магистрата и многие были оштрафованы. И это желает общество наше прекратить временно по причине суровых дней, и чтоб отнюдь не посмел бы кто-либо − женщина сама и дочь ее − золотом, золотыми украшениями наряжаться у себя дома». Вот так! Чтобы даже дома не веселились. Ибо в стране горе, война идет. «Дабы добронравием своим сиять в русской земле…» Еще в далеком 1805 году магистрат Нахичевани сетовал на общество, на то, что никто не слушается старших, не та молодежь, не то, что в наши дни. «Но общество наше непослушное, законопреступное и не боится Бога, не внемлет назиданиям; магистрат наш отечески предписывает и наставляет: „не делайте, соблюдайте законы“, но не слушаются». Что я могу сказать своим далеким предкам по поводу этих горестных строк. Прошло уже больше двух столетий, все так же не слушаются. Так что ничто не ново под луной. И все же есть наставления магистрата, которые меня вдохновили и удивили своей мудростью. А. М. Богданян в небольшой, но очень популярной в свое время книжице «Из прошлого» приводит подробное описание журнального постановления магистрата Нахичевани на имя исполняющего обязанности полицмейстера за 1905 год. «В твою обязанность входит тушить повсеместно всевозможные пожары; говорим: „всевозможные“ пожары, ибо не только от огня происходит пожар… Бывает, что на базаре двое поругаются, начинают перебранку, сквернословят, затем ссора происходит, затем ссора переходит в драку, разбивают друг другу голову; все это называется огнем, пожаром, который ты обязан тушить; ты должен заботиться о благочинии в нашем городе, дабы добронравием своим сиять в русской земле, как зеркало: старики пусть служат примером для наших детей, чтобы они росли также в добронравии». По-моему, это даже не постановление, а поэтическое напутствие какое-то. Действительно, здорово написано и все верно по сей день. Потому и становится нам теперь понятно, почему так сетовали, по воспоминаниям Аладжалова, нахичеванские армяне на то, что из-за Наполеона не смогли совершить паломничество в Иерусалим. Георгий Багдыков
