Компенсация за «работу во сне»: в «Аймарсе» задумались о поддержке сотрудников, которым снится работа
Коммуникационная группа «Аймарс» зафиксировала у своих сотрудников феномен «работы во сне», изучила его влияние на продуктивность и обсуждает возможные меры поддержки — от выдачи абонементов на кофе до введения дополнительного выходного дня.
Внутреннее исследование показало, что 93,5% сотрудников периодически видят сны о работе в разных ее контекстах. Более 80% из них отметили, что сталкиваются во сне с попытками решения профессиональных задач. Четкие и детальные сны, которые связаны с решением конкретных профессиональных задач, случаются практически у каждого третьего сотрудника (32,6%), из числа тех, кому снится работа.
Наиболее часто причина снов о работе — эмоциональные переживания и тревога, особенно перед важными событиями, — предполагают 53,2% респондентов. Это подтверждает высокий уровень стресса среди сотрудников в пиаре и коррелируется с данными исследований, посвященных уровню профессионального стресса, где PR и коммуникации традиционно занимают лидирующие позиции наравне с врачами и спасателями. Фактор перехода сложных и нерешенных задач в сновидения упомянули 25% опрошенных. При этом утреннюю усталость вследствие «рабочих снов» отметили 21,3% участников опроса. Особенно уязвимы оказались сотрудники с опытом работы в PR от одного до трех лет — среди них уровень ночной усталости достигает 50%.
Бывают и позитивные сны про работу, однако их процент значительно ниже. Всего 17% сотрудников видят сны, связанные с хорошими рабочими событиями, рассказали в «Аймарс».
Четверть опрошенных констатировали опыт реального решения рабочих задач во сне, при этом отметив, что специальные психологические техники не практикуют — это скорее случайность. Из числа всех опрошенных такие техники пробовали использовать 10,6%, однако, безуспешно.
Ну и главное: каждый пятый респондент (19,2%) уверен, что сны о работе необходимо приравнять к труду. 51,1% признали, что «рабочую нагрузку» во сне невозможно «посчитать» и зафиксировать, но компенсировать все равно надо. В общей сложности более 55,3% сотрудников выступили за идею компенсации за «работу во сне». Примечательно, что 76,2% среди тех, кто считает, что компания не должна оплачивать или каким-либо другим способом компенсировать работу во сне, все-таки выбрали желаемые виды возмещения.
Среди тех, кто считает, что интеллектуальная активность во сне заслуживает компенсации, 34% — выступили за переход на полноценную четырехдневную рабочую неделю, а 29,8% поддержали идею «тихого часа». 27,7% согласились на абонементы на кофе, и еще часть опрошенных считают, что для них решением проблемы усталости и достойной компенсацией за «ночные переработки» может стать введение гибридного графика либо предоставление возможности проводить больше дней на удаленке (25,5%). Денежная компенсация оказалась лишь на шестом месте в перечне желаемых мер поддержки, ее выбрали 21,3% опрошенных. Далее следуют такие варианты как дополнительный выходной, возможность приходить в офис позже и/или уходить раньше в те дни, когда человек «работал во сне»: эти варианты компенсации выбрал каждый пятый респондент. Пятая часть опрошенных считают, что компания не должна ничего компенсировать, поскольку доказать факт работы во сне все равно невозможно.
«Изначально идея опроса родилась как первоапрельская шутка, но в процессе анализа выяснилось: многие сотрудники действительно продолжают решать рабочие задачи даже во сне, при этом зачастую испытывают определенную эмоциональную усталость после пробуждения. В PR-индустрии, где креативность и постоянное взаимодействие с людьми — основа работы, стресс неизбежен. А “рабочие” сны лишь усиливают и без того высокую когнитивную нагрузку, которая давно вышла за рамки стандартного графика. Сотрудники с энтузиазмом поддержали идею нашего исследования и охотно поделились мыслями о том, что могло бы стать достойной компенсации за такие “ночные смены”. Мы их услышали — и приняли решение обсудить, в какой форме можно было бы это реализовать», — рассказал Александр Ревский, исполнительный директор коммуникационной группы «Аймарс».