Минфин направил в правительство пакет законопроектов, которые выделяют товары электронной торговли в отдельную категорию и вводят для них поэтапный НДС: 7% в 2027 году, 14% — в 2028-м, 22% — с 2029 год.
Уплачивать налог в качестве налоговых агентов будут российские или иностранные цифровые платформы, начисляя его исходя из стоимости товаров.
Ранее Минпромторг предлагал ввести полную ставку 22% сразу с 2027 года, но против выступили участники рынка: Ассоциация представителей электронной торговли призвала к поэтапному повышению, опасаясь удорожания импорта и сокращения ассортимента.
В итоге возобладал компромиссный сценарий: лестница, а не обрыв.
По данным Ассоциации компаний интернет-торговли, в 2025 году объём российского e-commerce достиг 11,5 триллиона рублей, прирост — 28% к предыдущему году. При этом 96,2% оборота приходится на покупки в российских интернет-магазинах и на отечественных маркетплейсах, и лишь 3,8% — на трансграничную торговлю. То есть даже если импортные товары подорожают, это затронет менее одной десятой рынка.
Но внутри этой десятой — концентрация влияния. Китайские продавцы удвоили присутствие на российских маркетплейсах в 2025 году: их число выросло в 2,4 раза, и теперь на них приходится 20% всех ООО в e-commerce. Они регистрируют в России более 400 ИП и ООО ежемесячно, наращивая присутствие на площадках. На Wildberries количество китайских селлеров выросло с 2,5 до 6 тысяч всего за четыре месяца в 2025 году.
Их преимущество — в бизнес-модели: поштучная трансграничная доставка без складов в РФ, без НДС на ввоз, без сертификации. Это позволяет держать цены ниже в массовых категориях: одежда, обувь, косметика, электроника. Но это же преимущество и становится мишенью реформы: когда налоговая нагрузка выравнивается, ценовой разрыв сокращается.
Для Крыма и Севастополя эта история имеет особое значение. По данным АКИТ, именно эти регионы показали самый динамичный рост интернет-торговли: от 70% до 180%.
В первом полугодии 2025 года оборот онлайн-покупок в Крыму вырос на 91%, до 14 миллиардов рублей, в Севастополе — на 63%, до 4,7 миллиарда. Средний чек в Крыму — 6 707 рублей, что выводит регион в тройку лидеров по потребительской активности в e-commerce.
Рост локального спроса создаёт благоприятную почву для российских селлеров: когда покупатель привыкает к скорости доставки, удобству возврата и качеству сервиса от локальных продавцов, он реже выбирает долгий и рискованный импорт.
Введение НДС на кроссбордер не запрещает импорт, но делает его менее выгодным по цене — и это может перераспределить потоки в пользу тех, кто работает внутри страны.
Эксперты отмечают, что резкого оттока китайских продавцов ожидать не стоит. Даже с учётом НДС, они сохраняют преимущества в логистике: заказы из Китая проходят через крупные фулфилмент-центры, и стоимость доставки зачастую ниже, чем внутрироссийская логистика для местных селлеров. Но при этом уровень конкуренции на маркетплейсах настолько высок, что любое существенное повышение цены ведёт к потере клиента.
Опыт введения 5-процентного НДС для продавцов на УСН показал: пропорционального роста цен не произошло, в некоторых категориях цены даже снизились за счёт оптимизации издержек.
Важно и то, что маркетплейсы становятся налоговыми агентами. Это перекладывает администрирование с государства на платформы: они будут удерживать НДС, начислять его, отчитываться. Для крупных игроков — это дополнительная нагрузка, но и возможность усилить контроль над ассортиментом и ценообразованием. Для мелких иностранных продавцов — барьер входа, который может сократить их присутствие.
Таким образом, поэтапное введение НДС на кроссбордер — это не запрет, а выравнивание. 7% в 2027-м, 14% в 2028-м, 22% в 2029-м — это не резкий удар, а плавная адаптация. 3,8% трансграничного оборота — это не доминирование импорта, а ниша.
20% китайских ООО в e-commerce — это не захват рынка, а усиление конкуренции. И если российские селлеры, в том числе в Крыму и Севастополе, используют это время для укрепления сервиса, логистики и ассортимента, то к 2029 году они могут не просто удержать, но и нарастить свою долю. Главное — не ждать, пока налоги сделают работу за них.
