Пустыня. Юрий Цыбанев об игре сборной России
Обозреватель «Советского спорта» – о сходстве игры сборной России и катарских пейзажей.
От великого до смешного – один год. В эти же календарные дни 2015-го наша команда, переживавшая подъем, дожала португальцев, будущих чемпионов Европы. Ну да, не такое уж великое достижение, на некоторых позициях соперник использовал резервистов – но все же это было солидно. Впрочем, и сейчас было бы смешно – Катар-то команда из третьего азиатского ряда, когда бы не было так грустно, до беспросветности.
Спросите: а что ж местная публика не проявила интереса к матчу? А я вам вопросом на вопрос: что нынче являет собой сборная России по футболу для катарцев и всей прочей периферии? Ровным счетом ничто. Ибо, я вот прикинул навскидку перед игрой, создан прецедент в отечественной истории: за восемь последних лет сборная не совершила какого-то подъема на большом турнире, а клубы ни разу не добрались до полуфинала еврокубков. Казалось, плотно нащупали дно – но тут снизу постучал Катар.
Хочется понять замыслы Станислава Саламовича и его стратегическую рабочую линию, но с каждым разом эта задача усложняется. А по матчу в Дохе – просто отказываюсь тренера понимать.
Все знают: мастерства в нынешних наших поколениях кот наплакал. Ну так почему не поставить против квеловатого Катара тех, кто умеет-таки что-то конкретное? Может обострить на подступах к штрафной и толково обслужить форвардов Миранчук. Но Миранчук на поле не появляется. Обуреваем жаждой прорыва Панченко, довольно на статистику взглянуть – но он выходит только в концовке.
Антоним остроты. Как сборная России проиграла Катару
Все остальное – ни о чем. И попытка сыграть в три защитника, породившая кромешную неразбериху. И пресловутые клубные блоки. Ни спартаковский, ни ростовский ничего складного не привнесли. Ерохин даже родного Полоза не находил. А спартаковцы разок просто позабавили: Глушаков владел мячом, намечалась перспективная атака, но Денис почти демонстративно отвернулся от открывшегося Кокорина, чтобы подождать и наградить пасом одноклубника Зобнина.
Может, и прав был Глушаков. Потому что совсем скоро мы увидели, как Кокорин из самой что ни на есть убойной-голевой позиции скинул мяч куда-то в сторону, а потом и пенальти загубил.
Кокорин вообще потребовал к себе отдельного внимания. И разговор о нем принужден балансировать на грани фарса и драмы. Во-первых, Саша Кокорин – единственный среди полевых, кто остался в катарской версии состава от гвардейцев Слуцкого и, значит, должен был передать исполнительские ценности по цепочке. Но он ушел в сторону, словно сжившись с тем амплуа чернорабочего, какое на Евро ему поручил Слуцкий. Он старается трудиться по всей глубине, в отборах и прочей рутине. И превращается в тяжеловоза – потеряв легкость, резкость, обводку, прорыв, Он не то что не хочет – он уже не может. Подобное происходило, помнится, с Сычевым. И с Кокориным – одно из двух: или плохо тренируется, или тренирует не то, что нужно форварду.
Неужели в сборной больше мяч отбирать некому? При том, что передовая наша все больше походит на безлюдную пустыню?! Хорошо хоть Панченко, выйдя ненадолго, напомнил, что такое форвард, резкий и острый. А то ведь забудем скоро навсегда.