Выставка, где все неслучайно, открылась в Третьяковской галерее

В историческом здании Третьяковской галереи открылась выставка-«квест» «Елизавета Кругликова и вокруг» к 160-летию со дня рождения художницы. Жизнь, судьба, череда грустных и радостных совпадений, которые случались на пути художницы, чье наследие уничтожалось несколько раз. Кропотливо собранную экспозицию одним из первых осмотрел корреспондент «МК».

Безусловно, кураторы выставки предлагают свой сценарий осмотра произведений, вполне логичный. Но важно понимать: все здесь связано друг с другом красной нитью судьбы, взаимодействуют между собой произведения, художники, создавая полотно времени. Поэтому как пройти «квест» по творчеству Елизаветы Кругликовой и ее последователей, вы выбираете самостоятельно.

Неслучайна даже фамилия художницы. В «круг» Кругликовой на рубеже веков стремились попасть многие. К ней во Францию, где она жила некоторое время, приезжали те, кто интересовался офортом. К ней обращались за помощью многие художники: кто за творческой поддержкой (посмотреть работы, выставку организовать), кто за человеческой (например, снять квартиру в Париже). В ее «кругу» вращались и музыканты, и поэты, среди которых был Максимилиан Волошин, чьи художественные работы тоже представлены среди экспонатов. Превратила поэта в художника Елизавета Сергеевна. 

Экспозиция собрана по крупицам, и  каждая работа — алмаз. Дело в том, что в 1914 году, когда Кругликова покинула Париж, все ею созданное осталось там, а вернуться во Францию, где она жила с 1895 года, ей не удалось. Второй удар по ее творческому наследию нанесла блокада Ленинграда. Художница ушла из жизни 21 июля 1941 года, еще до блокады, но уже во время Великой Отечественной. И в значительной степени ее труд был уничтожен. 

Офорт (вид гравюры на металле), монотипия и силуэт составляли основу творчества Елизаветы Сергеевны, и все это представлено в экспозиции. Более того, она обратила общественное внимание на эти виды графики. Силуэт еще с XVIII века пребывал в полузабытьи и вообще мало кем воспринимался всерьез. Монотипия, как вид печатной графики, тоже была малоизвестна в России, и в обиход вошла тоже благодаря Кругликовой. 

В своем реформаторстве и новаторстве она тогда, на рубеже веков, была не одинока. Вместе с ней другой вид графики, ксилографию, реформировала Анна Остроумова-Лебедева.

«Квест» по творчеству Елизаветы Кругликовой можно пройти с любой точки. Нам полюбился маршрут, который берет свое начало в мемориальном зале, который тут считается финальным. Там размещен портрет Елизаветы Кругликовой кисти Михаила Нестерова. Сам художник о работе над портретом  по перу написал так: «Это девушка интересная, талантливая, нам обоим сто пятьдесят лет… Но это ничего. Девушка так моложава, кокетливо умна, что девятнадцать сеансов, несмотря на все трудности, пролетели почти незаметно. Да, Вы все же не знаете, кто эта чаровница… Это известная офортистка Елизавета Сергеевна Кругликова…»

Едва портрет был создан, его приобрела Третьяковская галерея. В Русском музее возмутились: мол, как же так! Она же наша художница! И Кругликова повторно позировала Нестерову, чтобы сохранить музейный мир. 

Совсем другая Кругликова в собственном представлении – в небольшом и прелюбопытнейшем автопортрете. Художница изображает себя за работой, с бумагой и ножницами в руках. Со лба упала пара прядей волос. В силуэте движение ощущается настолько, что кажется, она  сейчас элегантно откинет локоны и продолжит работу. Кого же она вырезает именно на автопортрете — остается догадываться. Но вообще героями ее силуэтов часто становились  друзья — литераторы, художники…Кстати, тот же Волошин. Здесь есть и его автопортрет. 

Работы Кругликовой кружат зрителя в элегантном фокстроте, берут за руку, ведут на прогулку по московским и ленинградским улицам, предлагают почитать книгу за столом с только что сорванными в поле маками. Что общего, казалось бы, у них, таких разнообразных по техникам, темам и сюжетам?  Но они складываются в логичный пазл, пусть и нетипичной круглой формы.