Дипломатический гений наркома Чичерина
Среди коммунистической элиты первого десятилетия советской власти нарком иностранных дел Георгий Васильевич Чичерин был человеком не просто многих талантов, но и утончённым интеллектуалом, равно разбиравшимся в дипломатии, литературе и музыке. Собственным примером он опроверг миф о том, что в ряды большевиков вливались лишь люди рабоче-крестьянского происхождения, ненавидевшие самодержавный строй за классовое угнетение. Благодаря гениальности Чичерина советская Россия смогла частично выбраться из той международной изоляции, в которую её ввергли страны Антанты после Гражданской войны. К сожалению, далеко не всё Георгию Васильевичу удалось сделать за время своей работы наркомом, однако в тех обстоятельствах добиться большего было немыслимо.
Чичерин родился в аристократической семье со сложившимися дворянскими традициями. По отцовской линии он происходил от итальянских дворян, приехавших в России при Иване III, а по материнской принадлежал к остзейскому (прибалтийскому) дворянству. Через несколько лет после его рождения семья перебралась в столицу, где Георгий сначала блестяще окончил Петербургскую гимназию, а потом и историко-филологический факультет университета. Уже в пору студенчества он начал увлекаться левыми идеями, хотя долго скрывал свои взгляды от родителей и друзей.
Карьера Чичерина в Министерстве иностранных дел, куда он попал благодаря своим талантам, изначально складывалась блестяще. Тем не менее, в 1904 году Георгий Васильевич оставил Россию и уехал в Германию, где открыто примкнул к революционному лагерю. Его семья восприняла это известие болезненно, ведь теперь молодому человеку были отрезаны все пути для возвращения на Родину.
Вплоть до февральской революции Чичерин состоял в различных организациях и вёл жизнь обычного эмигранта-революционера. Иногда ему даже доводилось сталкиваться с преследованиями со стороны полиции, которая подозрительно относилась к русским радикалам. Из-за ареста, которому он подвергся в Лондоне, Георгий Васильевич смог вернуться в Россию лишь в январе 1918 года, когда большевики уже утвердились при власти. Первоначально Чичерин был назначен заместителем наркома иностранных дел Льва Давидовича Троцкого, однако вскоре тот возглавил армию и флот, а дипломатическое ведомство всецело передал своему помощнику.
Уже находясь на посту, Георгию Васильевичу довелось подписывать позорный Брестский мир. Это был тяжёлый и вынужденный шаг, понятный любому, кто знал состояние русских военных сил после повального разложения 1917 года. К сожалению, германцы лишь частично исполнили условия этого соглашения и оккупировали тысячи километров российской земли.
Самым известным делом Чичерина на посту наркома стало участие в Генуэзской конференции, которая определяла послевоенное развитие Европы. В то время, пока европейские чиновники до хрипоты спорили о финансах и аннексиях, Георгий Васильевич встретился с германской делегацией в Рапалло и добился дипломатического признания СССР Веймарской республикой. Это соглашение привело в шок собравшихся в Генуе и фактически стало началом международного признания СССР.
В конце 20-х годов происходила постепенная смена политической элиты большевиков, и Чичерину всё сложнее приходилось работать с новым руководством страны. У него сложились непростые отношения с заместителем, Максимом Максимовичем Литвиновым, которого ему фактически навязали. После некоторых неофициальных размолвок Георгий Васильевич был вынужден уйти в отставку. Через шесть лет, в 1936 году, легендарный нарком умер.
Роль Чичерина в строительстве советского государства нынче сложно переоценить. Блестящий интеллектуал и полиглот, он фактически с нуля создал новое министерство (наркомат) иностранных дел. К сожалению, особенности политических дрязг в СССР не прошли мимо этого гениального человека, болезненно переживавшего за судьбу страны. Тем не менее, он успел создать ту школу советской дипломатии, которая в последующем добилась столь больших успехов на международной арене.
Заглавное фото. Нарком Георгий Чичерин в своём рабочем кабинете, 1926 год