ДЖЕЙМС БЕЛЛ О ПРЕДСТАВИТЕЛЕ АБАДЗЕХСКОЙ ФАМИЛИИ МЕЛГОЩ ИЗ ДОЛИНЫ РЕКИ ТУАПСЕ

"В Туапсе я два дня провёл с Мели Гош (Мелгощ.- Т.П.), одним из дворян с прекрасным характером и манерами, для получения которых он путешествовал ни по загранице, а по провинциям этой страны до Каспийского моря и Тифлиса. И хотя благодаря боям он потерял двух жён, брата, очень уважаемого человека в Туапсе и от 20 до 30 родственников, и хотя он сам в течение года переносил сильнейшие страдания вследствие ранения из пушки в верхнюю часть коленного сустава, он не теряет мужества, полон бодрости и живости.Аул, в котором он живёт и в котором он меня принял, находится недалеко от крепости на расстоянии пушечного выстрела, но отделён возвышенностью, с которой я с удобством смог осмотреть все укрепления, находясь только на расстоянии ружейного выстрела. Вторая прогулка по маленькой долине, где находится много покинутых аулов, к морю, доставила мне удовлетворительный обзор военных укреплений. Мне нравится предпринимать такие экскурсии одному, так как уже давно в этой местности не было ни одного нападения. Кроме того, как мне сказали, крепость заявила через переводчика, что если русским будет дана возможность заняться огородничеством, то и жители всей этой долины смогут спокойно заниматься обработкой полей. И хотя мой хозяин, как будто бы был не склонен к этому вооружённому затишью, но я не мог удержаться, чтобы не сказать ему к каким последствиям может привести это перемирие, на что он мне ничего не ответил, кроме нескольких замечаний о глупости населения этой местности (исключая его и некоторых других немусульман), избегая, видимо, более прямого ответа…Мели Гош обладает прямым и открытым характером. Его рассказ о времени проведенном в русском штабе и о встрече с русским главнокомандующим доставил мне искреннее удовольствие. Мели Гош был послан в штаб для обмена пленными и убитыми, но генерал решил сделать попытку склонить его на свою сторону- сделать из него своего сторонника. Чтобы добиться этого он решил подействовать на фантазию Мели Гоша, произвести впечатление на варвара-азиата. Сначала он расхвалил адмирала (видимо, это был Лазарев), который скромно стоял и выслушивал похвалы (Лазарева уже не было на берегу.-Т.П.). Затем была внесена огромная коврига белоснежного хлеба, на верху которой находилась ещё более белоснежная голова сахару, а под ними огромная бомба, вероятно, это был символ мира и войны.Мели Гош должен был сделать выбор и ему тотчас же было сказано, что если он выберет мир, то такой хлеб и сахар будет всегда к его услугам. На что Мели Гош ответил, что ему не нужно ни того, ни другого, что он более предпочитает железную пулю, и что генерал окажет им большую милость, если он такие будет посылать по одной или по 2 тысячи в день на их поля, как он это и делал в начале, так как они очень нуждаются в железе и нисколько не боятся, что оно им будет переправляться в таком виде. Что же касается хлеба, то если бы генерал мог заглянуть по ту сторону холма, то он увидел бы как распространено у них хлебопашество, и каждый самый беднейший аул имеет от 10 - 12 ульев, так что и сахар ни для кого из них не является предметом искушения. После этого ему предлагали серебряные рубли с тем же успехом, затем сказали ему, что он может что-нибудь попросить у генерала, на что Мели Гош ответил, что он просит, чтобы армия снова села на корабли и отплыла от их берегов".Текст публикуется по: «Джеймс Белл. Дневник пребывания в Черкесии в течение 1837, 1838 и 1839 гг.». Перевод с немецкого и французского источников Зинаиды Троицкой - учительницы Адыгейского учебного городка.P.S. «14 мая, прибывшая накануне толпа абадзехов собиралась за рекой Туапсе на дальний пушечный выстрел. Часть этой толпы подкралась лесом к нашей засеке на ружейный выстрел, их пули долетели в лагерь и контузили у нас несколько человек… Наши войска заняли все пространство до реки Туапсе, и под их прикрытием рабочие занялись вырубкою леса и постройкою новой засеки. Со всех сторон рассыпанные горцы не прекращали перестрелки, конные неоднократно покушались наскочить на наших стрелков и всегда были отражаемы ружейным и пушечным огнем. Потеря их была значительна; они не переставали поднимать и уносить своих убитых и раненых. В полдень все прекратилось, и засека была окончена…» Цит. по: «Лазарев. Документы. Т.2. М., 1955P.S. Отношение Барятинского Сухозанету от 28 ноября 1859 г.«21 ноября абадзехи, населяющие горный край на верховьях рек, доставили семерых назначенных от них аманатов; столько же аманатов будет доставлено от нижних абадзехов и общества Туапсе, живущего на южной покатости кавказского хребта, на верховье реки того же наименования, при устье которой, на восточном берегу Черного моря, находятся развалины укр. Вельяминовского. Общество Туапсе причисляет себя к абадзехам.По материалам: Тамары Половинкиной