Монах Герасим и лев Иордан. Чудесная история, которая случилась в пустыне
«Кошачьи» монастыри
Кипр — удивительная страна на острове в Средиземном море. Здесь стоит женский монастырь Николая Чудотворца. В народе его ещё называют «Кошачий». Странное название для монастыря, не правда ли? Откуда оно взялось? Всё очень просто: в этой обители полным-полно кошек! Монахини заботятся о них — и о тех, что живут внутри монастырских стен, и о тех, что обитают в округе. По легенде, несколько веков назад византийская императрица, святая равноапостольная Елена, приказала доставить на Кипр тысячи кошек, чтобы бороться со змеями. Животные справились с задачей, и с тех пор на Кипре к кошкам особое отношение.
«Кошачий» монастырь есть и в России. В Нило-Столобенской пустыни в Тверской области живут десятки котов и кошек. О них тоже заботятся, их подкармливают, и они одними из первых встречают гостей.
Но пока речь шла о привычных нам маленьких кошечках, которые живут рядом с людьми испокон веков. Мы любим их гладить, кормим колбасой, любуемся ими, фотографируем и с удовольствием выкладываем милые кошачьи фотографии в Сеть.
А в стародавние времена были святые, рядом с которыми мирно уживались «кошечки» и покрупнее. Например, львы. Да-да, самые настоящие львы!
История про большую кошку и монаха, которую мы хотим вам рассказать, произошла в окрестностях святого города Иерусалим давным-давно, полторы с лишним тысячи лет назад, в пятом веке нашей эры.
В жаркой пустыне жил старый монах-отшельник по имени Герасим…
Пустынножители
Пустыня в Палестине — это не пески и барханы. Это камни, скалы, пыль, мелкие кустики. Жарко, дождей почти нет, воды тоже почти нет, но если где-то попадается источник, ручей или река, то возле них есть и трава, и цветы, и деревья.
Возле Иерусалима в те времена стояли христианские монастыри. В них жили монахи. Но некоторые из братьев желали большего уединения, искали жизни ещё более строгой, чем в монастыре, и хотели спасаться не в общине, а в одиночестве. Они уходили в пустыню, строили там себе отдельные жилища — кельи, поселялись там, а в монастырь приходили лишь раз в неделю на богослужение, чтобы исповедаться и причаститься. Эти отшельники могли выполнять какую-то работу для монастыря, например плести корзины и циновки, изготавливать верёвки и канаты из пальмовых или шерстяных волокон, обрабатывать пергаменты для переписчиков книг, а грамотные монахи могли сами переписывать Псалтирь, Евангелие и духовные тексты. Результаты своего труда братья каждую неделю приносили в монастырь и отдавали настоятелю.
Итак, Герасим поселился в пустыне недалеко от монастыря. Через некоторое время к нему, человеку уважаемому, почитаемому, стали приходить другие монахи, которые тоже хотели молиться, каяться и спасаться вдалеке от городской суеты. Они тоже становились отшельниками. В итоге вокруг старца поселилось больше семидесяти пустынножителей.
Герасим, как старший среди них, установил для братьев строгий устав: пять дней в неделю каждый проводил в своей келье в молчании за работой. Из еды каждому полагалось только немного воды, кореньев и сухого хлеба, принесённого из монастыря. Ничего варёного есть было нельзя, даже огонь разводить запрещалось! На субботу и воскресенье пустынножители приходили в монастырь, собирались в церковь на литургию и причащались. Вот там уже можно было отведать варёной пищи и выпить немного вина во славу Божию. В монастыре настоятель принимал у монахов работу, которую те выполнили за пять дней.
В воскресенье после полудня каждый опять уходил в свою келью, взяв с собой немного хлеба, кореньев, воды и финиковые ветви для плетения корзин.
Вещей у отшельников почти не было. Одна ветхая одежда, рогожа вместо постели и небольшой сосуд с водой — вот и всё имущество. Но даже и это мог забрать любой, кто оказался рядом с кельей: дверь в неё запирать было запрещено.
Так жили монахи. Ничего своего — всё общее. Никакого огня, даже свечу для чтения или очаг, чтобы согреть воду, зажечь было нельзя! А тех, кто просил о смягчении таких строгих правил, Герасим направлял в монастырь — там условия были мягче.
«Помоги мне!»
Как-то старец брёл по Иорданской пустыне и повстречал… льва! Но ничуть не испугался. Наоборот, сердце монаха сжалось от сострадания: зверь был совсем худым, облезлым и очень измученным.
Лев печально посмотрел на человека и выставил перед ним свою лапу. Она была в ужасном состоянии — сильно опухла и нагноилась из-за того, что в лапу уже давно вонзился длинный острый шип от пустынной колючки. Понятно, что с такой раной лев не мог охотиться и просто бродил по пустыне, еле передвигая лапы и понимая, что вскоре умрет от нестерпимой боли и голода.
Вот теперь когда-то свирепый хищник кротко смотрел на старца, словно молил: «Исцели! Помоги мне, человек!»
Герасим не мог бросить несчастного зверя в беде. Он присел рядом со львом, взял его лапу и вытащил из нее шип. Очистил как следует рану, обвязал её платком.
Лохматый «послушник»
Удивительно, но лев не убежал назад в пустыню, а остался при старце! Прошло время, и рана совершенно исцелилась. И снова лев не захотел оставлять Герасима — он теперь так и ходил всюду рядом со старцем. При этом никто не осмелился бы сказать, что зверь похож на услужливую собачку или ласковую кошку — нет, это был настоящий хищник, полный внутреннего достоинства, но просто захотевший стать послушным спутником своего спасителя. Зверь был умён и на удивление быстро обучался.
Монах радовался такому необычному товарищу, но перед ним встала новая проблема: льва нужно было чем-то кормить. Мяса монахи не ели, да и негде было им взять в пустыне мяса. Что ж, пришлось давать льву то, чем питались сами: хлеб и другую скудную монашескую пищу. Лев не роптал и ел, что давали. Он был настолько смышлёным, что, казалось, понимал человеческую речь.
У братьев был осёл, на котором они привозили воду из реки. Как-то Герасим подвёл льва к ослу:
— Даю тебе задание: будешь охранять ослика, когда он пасётся на берегах Иордана, и сопровождать всюду, куда бы его ни послали. Понял?
Лев внимательно выслушал Герасима, посмотрел на него и послушно опустил большую голову. Согласился.
Осёл появляется, осёл исчезает
С того момента лев стал ответственно выполнять поручение монаха. Присматривал за осликом, смотрел, чтобы никто на него не нападал, и, если осёл вдруг решал убежать куда-то далеко от пастбища, хищник останавливал его рыком и возвращал на зелёный речной берег. Кроме того, лев сопровождал осла, когда тот нёс поклажу, а вечером приводил его от Иордана к кельям, заканчивая своё «дежурство». Осёл подружился со львом и совсем его не боялся.
Так продолжалось некоторое время, пока однажды не случилось неожиданное происшествие. Ослик, как обычно, щипал траву на речном берегу, а лев так устал от жары, что в поисках тени отошёл от своего подопечного далеко. Тени так и не нашел, окончательно утомился, решил прилечь и… уснул! Он не волновался: диких зверей поблизости не было, а ослик уже твердо запомнил место, где ему надлежало пастись, и не должен был далеко уйти.
Но никак не мог предполагать лев, что мимо его подопечного будет проходить торговый караван! Купец из Аравии вёл мимо берега Иордана своих верблюдов. Он заметил ослика, который одиноко щипал травку, решил, что тот ничей, и… забрал его с собой!
Лев проснулся, вернулся к берегу и к своему ужасу обнаружил, что осёл пропал! Бросился на поиски. Долго искал, бегал по берегу — не нашел. Совершенно расстроенный, побрёл к отцу Герасиму.
Монах, увидев, что лев вернулся один, тут же вообразил себе самое худшее:
— Где осёл? Ты… ты загрыз его?! Съел?!
Лев стоял, виновато опустив голову. Он понимал, что его ругают, и ругают за дело, но объяснить всё, что случилось, оправдаться не мог!
Герасим же, приняв удрученный вид льва за признание вины, рассердился не на шутку:
— Если так, вот тебе наказание: ты не уйдёшь отсюда, из нашего поселения, а будешь с этого момента делать для обители всё то, что делал осёл!
Возвращение ослика
И началась у льва совсем другая жизнь. Царь зверей, гордый и могучий хищник, по повелению старца теперь выполнял ослиную службу. На него надели поклажу с бочонком для воды. Наполненный жидкостью, этот бочонок становился очень тяжелым, и льву приходилось совсем не легко!
Однажды к старцу пришел помолиться воин. Увидев льва, который из последних сил таскал воду для монахов, воин сжалился над животным. Он вынул три золотых монеты и отдал их инокам:
— Купите нового осла, а льва освободите от работы!
Так и сделали.
И всё же Герасим по-прежнему считал льва виновным в пропаже ослика.
Но вот тот аравийский купец, который когда-то забрал осла по дороге из Иерусалима, двинулся теперь со своими верблюдами обратно, чтобы продать в Иерусалиме пшеницу. Ослика торговец взял с собой.
Когда караван купца проходил по берегу Иордана, лев встретил их. Конечно, он тут же узнал своего «подопечного». Зарычал, бросился к ослику. Купец и его спутники в ужасе разбежались во все стороны. Лев же, ухватив зубами уздечку, как делал прежде, повел осла, а заодно и трех верблюдов, нагруженных пшеницей. Лев, может быть, и не желал такой «добычи», но все животные были связаны одной веревкой друг за другом.
Радостно рыча, лев вывел нашедшегося ослика к старцу. Поражённый Герасим воскликнул, обращаясь к братьям:
— Напрасно мы ругали льва! Зря думали, что он загрыз нашего ослика!
После такого удивительного разрешения дела оправданный лев получил от монахов имя. Назвали его как ту самую реку — Иордан.
Смерть друга
Теперь Иордан часто сам приходил к старцу. Герасим кормил его.
Больше пяти лет лев жил при обители.
Но вот дни отца Герасима подошли к концу, и старый монах мирно отошел ко Господу. Братья с честью похоронили его. Льва в ту пору в поселении отшельников не было. Он пришел уже после погребения и стал искать своего покровителя.
Как потерявшийся ребёнок, лев ходил от кельи к келье, поднимал на братьев голову и заглядывал в глаза: «Где же он?..» — обнюхивал знакомые дорожки, лежал на пороге кельи отца Герасима, рыком призывал своего друга… Монахи смотрели на зверя со слезами на глазах. Наконец, ученики Герасима не выдержали. Один из них, отец Савватий, обратился ко льву:
— Иордан! Старец наш оставил нас сиротами. Отошел ко Господу!
Лев не понимал.
Монахи давали ему еду, но тот к ней не притрагивался. Он по-прежнему озирался по сторонам и грустно рычал.
Монахи гладили зверя, повторяя:
— Отошел старец ко Господу... Оставил нас…
Но тот продолжал рычать и подвывать, словно спрашивая: куда ушел тот добрый человек, который столько лет был мне другом? Зачем его спрятали? Почему скрывают от меня?
На львиной морде выражалась такая печаль, такая растерянность, что смотреть на него всем было больно. Савватий указал рукой в сторону могилы отца Герасима:
— Если не веришь нам, то иди с нами! Мы покажем тебе место, где покоится старец.
Лев сначала обрадовался: сейчас его наконец отведут к хозяину! Но вот вместе с монахами он вошел в гробницу, где был погребён преподобный. Гробница находилась возле самой церкви.
— Здесь твой хозяин, — сказал отец Савватий, встал на колени и заплакал.
И тут лев понял!
Услышав плач человека, он ударил своей большой головой о землю и заревел так страшно, так громко и горько, как никогда в своей жизни! Он бился и бился о плиту, потом вздохнул и упал замертво у гробницы старца. Лев умер от горя, не сумев пережить уход своего друга.
«Земля будет наполнена ведением Господа»
Мы знаем из Библии, что Бог сотворил человека Адама и передал ему власть над земным миром. Господь привел к Адаму всех зверей и повелел наречь им имена. Так Он дал первому человеку понять, что люди — главные над животными, но обязаны заботиться о них и нести ответственность.
Когда Адам и Ева жили в раю, там царили мир и гармония между людьми и животными. Но все изменилось, когда первые люди нарушили заповедь Господа. Не только они сами лишились рая, пострадал и весь тварный мир. И где раньше царило добро, теперь была вражда: люди и животные начали биться между собой и друг с другом. Но неужели так будет всегда?
У великого библейского пророка Исаии есть удивительное описание будущего мира — мира, который Господь однажды преобразит: «Тогда волк будет жить вместе с ягненком, и барс будет лежать вместе с козленком; и теленок, и молодой лев, и вол будут вместе, и малое дитя будет водить их. И корова будет пастись с медведицею, и детеныши их будут лежать вместе, и лев, как вол, будет есть солому. ...земля будет наполнена вéдением Господа, как воды наполняют море (Ис 11:6–9)».
Какие хорошие слова! Но нам стоит помнить вот что: библейские пророчества не всегда надо понимать буквально, ведь часто они через привычные нам образы и примеры передают что-то очень глубокое, касающееся не физического, а духовного мира. И в данном случае пророк Исаия говорит не о биологии, его текст не научное описание того, как у представителей некоторых видов вдруг изменилось поведение. Пророк говорит о глубинном изменении — о том, что в новом мире исчезнут вражда, насилие, страх и разрушения, то есть всё, что стало следствием грехопадения первых людей. Всё созданное Богом освободится от увядания, старения, боли и соединится с Богом. Природа преобразится во Христе. Как именно будет выглядеть мир, мы не знаем, но знаем, что Бог будет во всём!
И вот что замечательно: отчасти этот грядущий мир радости и добра мы с вами можем почувствовать уже сейчас. Прежде всего — в своем сердце, которое чудесным образом наполняется неземной радостью, когда мы вместо жестокости, зависти, зла решаем проявить к другим людям и природе любовь, сострадание и заботу. А еще этот райский мир проявляется в жизни святых людей. Взгляните на икону святого Герасима Иорданского: вот человек, а вот рядом с ним один из самых могучих хищников. И они не враждуют, а, наоборот, заботятся друг о друге. Разве на этой иконе не самый настоящий «кусочек» рая?
Рисунки Галины Воронецкой