Угасание беглых звёзд
Игорь Тальков и Виктор Цой погибли молодыми, так что мы не знаем, что они сказали бы сейчас. А вот их коллеги по цеху разделились на две части — одни сбежали в Израиль, чтобы выступить там на стороне США против России, тогда как другие заняли одну из трёх позиций:
Вариант 1. Россия права, и я рад, что оказался на светлой стороне.
Вариант 2. Я не разбираюсь в политике, но я в любом случае за Россию.
Вариант 3. Не задавайте мне сложных вопросов, я не мыслитель, а певец.
Валерий Кипелов, к примеру, поступил как нормальный артист — безусловно поддержал армию, выступал с концертами в госпиталях. Публика продолжает его любить и уважать. Это норма, независимо от того, считаем мы основателя «Арии» экспертом по международной политике или нет.
Многие другие отечественные «борцы с системой» — рокеры, панки, рэперы — сделали иной выбор. Выбрали одобрение своей тусовки, то есть заняли в текущей прокси-войне сторону США. И вот, казалось бы, технически следует считать их врагами и предателями… но нет, общество настроено иначе. Сейчас, по прошествии года после перехода конфликта в тёплую фазу, общество скукожило всю эту публику до уровня спившихся пенсионеров со спутанным сознанием больных людей. Дескать, да, когда-то певец N был велик. Но он не стал из великого учителя великим врагом. Он болен и жалок, так что мы хотим поскорее забыть об измельчавшем авторитете, поставив точку отсечки примерно на 2008 год, и проигнорировав всё, что было после. Для общества сейчас это два разных человека: молодой N, талантливый исполнитель, и старый N — мелкий запутавшийся предатель, вызывающий скорее презрение, чем ненависть или гнев.
Помните активистов, которые бросались под бульдозеры в Химкинском лесу, фотографировались на каждом митинге, участвовали в каждом обсуждении на «Эхе» и на «Дожде»? Физически с ними всё в порядке: ведут твиттеры, славят США, ругают Россию. Но их уже все забыли, так как физически они от России оторваны, и их вес упал уже почти до нуля…
Американцы оказали нам серьёзную услугу, заставив творческую интеллигенцию определиться со стороной. Ещё в 2010 можно было сочетать: жить и зарабатывать в России, называть себя русским, но при этом жёстко следовать основным принципам политической повестки США. После Болотной и воссоединения Крыма с Россией сидеть на двух стульях стало гораздо сложнее. В 2022 стулья расставили в разные углы комнаты, пришлось определяться.
Некоторые сравнивают нынешних эмигрантов с раннесоветской волной эмиграции, с теми, кто бежал от большевиков. Сравнение несправедливо, но верно. Несправедливо, так как в 1919 выбор у многих был прост — или чужбина, или смерть от рук революционных боевиков, силой захвативших власть в твоей стране. Сравнение верно, так как эмигранты той эпохи, будучи оторванными от России, тоже измельчали, тоже растеряли свою значимость для оставшихся на родной земле.
В СССР кадровая проблема в силу специфики социализма стояла очень остро, так что уехавших пытались вернуть — прибегая иногда даже к захвату заложников. В современной России ситуация другая. Если оставить за скобками учёных с программистами, про которых нужно говорить отдельно, то мы выиграли: уехали именно те, кого давно следовало бы изгнать, причём уехали не из России, а из умов россиян. Выгнать их «сверху» было невозможно, в том числе потому, что бомонд тоже слушает музыку, и тоже подвержен ностальгии по временам своей молодости. Очень здорово, что США сделали основную часть работы за нас.
Моисей 40 лет водил по пустыне свой народ, чтобы ушли поколения, выросшие в египетском рабстве. Как знать, может быть, к 2032 и мы сумеем распрощаться с теми, кто раз за разом продаёт за талон на потёртые джинсы свою страну?