Ольшанский на РСН: Когда что-то сносят, заново строят очень дорогое
С. КОРОЛЁВ: В студии Дмитрий Ольшанский, здравствуйте.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Добрый вечер.
С. КОРОЛЁВ: Давайте с московской темы начнём, хотя она, скорее, общефедеральная. Подумаешь, ларьки и павильоны у метро сносят. Но дошло до Кремля. Вчера Дмитрий Песков не стал комментировать, сказал, что это проблема столицы, при чём здесь Кремль. А сегодня глава администрации президента Сергей Иванов высказался: «Эти гадюшники не имеют никакого отношения к так называемому малому бизнесу, поскольку, как правило, речь идёт о рассадниках криминала и антисанитарии. Самострой только мешал проезду автомобилей и москвичей. Многие хозяева этих точек получили лишь временные разрешения».
Он во всём поддержал позицию мэра Собянина. А мэр написал, что снос этих ларьков – пример борьбы за правду и историю, пора вернуть Москву москвичам. Вы на чьей стороне?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Это тяжёлое безобразие, и дикая ненависть мэрии к городу и людям. Это часть большой многолетней кампании. Мэрия много лет воюет с любыми удобными, дешёвыми, демократичными проявлениями сервиса, бизнеса в Москве, особенно в центре города, где дорого стоит место, земля, недвижимость.
Они категорически выжимают из центральной старой части любую жизнь, она только на окраинах остаётся. Они уничтожили практически все рынки в центре города, целые кварталы, где были недорогие магазины, кафе, закрыли все старые, легендарные, советские магазины, ремонтные мастерские – любые места, которые не включены в их систему коррупционных финансовых потоков.
Их задача заключается в том, чтобы любая торговля, любой бизнес, сервис принадлежал либо очень крупным сетям, большим олигархическим монополиям, корпоративным структурам, с которыми они дружат в денежной форме. Если это не крупные сети, то это должен быть их собственный бизнес, замкнутый на родственников, партнёров. Как они маниакально уничтожали асфальт, насаждая плитку, очень неудобную со многих точек зрения, потому что есть понятный интерес, также и здесь.
Людям вообще всякая мелкая торговля страшно выгодна и удобна. Бегут люди с работы, из дома, в метро, из метро, в центре, хотят купить воды, кто-то покурить, пива, курицу, батарейки, сим-карты.
С. КОРОЛЁВ: Доля правды в том, что там антисанитария, но заблуждение, что там низкие цены.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Давайте принимать меры к тому, чтобы там было чище. Не сносить, а бороться за комфорт, помочь с этим. Мэрия может помочь всякому бизнесу и сервису в том, чтобы он был опрятнее, аккуратнее. Можно зайти с противоположной стороны, но им это неинтересно, так как мотивация — деньги. Есть бесконтрольные потоки, которые они либо не могут себе подчинить, либо не хотят этого делать, потому что там недостаточно большие суммы.
Они хотят всё это снести, и потом сделать своё, которое будет в три раза дороже. Когда что-то сносят, всё, что строят заново, всегда очень дорогое. Так не только с торговлей, но и с недвижимостью. Всё время сносят какие-то дома, непрерывно занимаются точечной застройкой. Всё, что они строят, класса люкс. На окраинах, у МКАД, они могут строить что-то недорогое.
Но в той части Москвы, где с их точки зрения происходит экономическая жизнь, они сносят, и на этом месте строят элитное жильё или элитные офисные комплексы. Потом они найдут своих людей, которые через кипрские офшоры зарегистрируют компанию. Пятьдесят одинаковых павильонов, они распилят деньги на дизайне, на строительстве, они будут дорогими и принадлежащими им.
С. КОРОЛЁВ: «Абсолютно согласен с Собяниным, это однозначно помойки, никакого сервиса там нет, они убивают архитектуру города. Город стал похож на город после снесения самостроя», — пишет слушатель.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Это тупой сталинизм, в 30-е годы тоже ликвидировали Москву, уничтожали все лавки. Охотный ряд нам не нужен, купеческие трактиры, лавки, чем-то торгуют, частная собственность – всё лишнее, мы всё снесём и построим огромную гостиницу «Москва» для депутатов Верховного совета, академиков, лётчиков, совершенно недоступную обычному человеку в те годы, и огромную площадь забабахаем. Сталинское сознание, сталинское отношение к городу. Но эти люди не горожане, они хотят приехать в центр погулять по широкому проспекту.
С. КОРОЛЁВ: Я не думаю, что у Сталина были интересы.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Эстетическая часть заимствована у Сталина, представление, что город – это огромное пустое пространство, проспекты с фонтанами. Она полностью отрицает городскую жизнь как средоточие мелких, частных, торговых связей. Вы идёте по улице, всех знаете, у кого-то покупаете что-то, овощи, фрукты, хлеб. Понятно, что архитектурные сталинисты всё это ненавидят.
С. КОРОЛЁВ: Почти поровну разделились слушатели: одни поддерживают Вас в критике Собянина, другие пишут, что это полулегальные помойки. «За 20 лет в этих гадюшниках порядка не навели, и не навели бы», — пишут нам.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Вы что, миллионеры?
С. КОРОЛЁВ: Наверное, в этих действиях можно какую-то логику найти. У меня другой вопрос: почему сейчас, когда бизнес зажат, торговые площади пустуют?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Им наплевать на людей.
С. КОРОЛЁВ: Немерюк сказал, что по официальной статистике, а я думаю, больше, 2 тысячи человек остались без работы.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Они хотят выжимать как можно больше денег, интерес один. Почему у них под носом существует торговля, которая им не подчинена? Под это подвёрстывается то, что я называю сталинской картиной мира. А интерес бизнесовый, они хотят это всё под себя подмять. По-моему, это чудовищное безобразие и оскорбление москвичей.
С. КОРОЛЁВ: Вы на стороне валютных ипотечников или банков?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Конечно, ипотечников. Я никогда не могу быть на стороне начальства, я не понимаю стремление людей сказать: «Правильно, правильно», идентифицироваться с банками, миллиардерами. Я хочу сказать людям: «Вы на яхте? Вы абрамовичи? Почему вы так сочувствуете мэрии, банкам? Попробуйте представить себя на месте обычного, бедного человека».
С. КОРОЛЁВ: Обычный человек брал рублёвую ипотеку, платил все эти годы больше, а сейчас – помоги-ка валютному.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Курс был низким, доллар много лет был 30. Проценты по валютной ипотеке предлагались меньше, чем по рублёвой, а проценты у банков безумные, это враги народа.
С. КОРОЛЁВ: «Они осознанно сыграли в рулетку и проиграли. Закон о банкротстве – вперёд и с песней. Все сочувствующие и сердобольные могут создать фонд помощи, не трепать языком, а скинуться своим личным баблом», — такое сообщение.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Это очередной торжествующий идиот по поводу победы банков над людьми и миллиардеров над обычными людьми. Что вы радуетесь? Когда надо будет, банки будут спасать вас? Не будут спасать. Когда вам будет плохо, вам будут помогать? Так же отнесутся. Почему вы думаете, что вы неуязвимы? Вы не могли сделать ошибку в жизни? Вам не может стать плохо, а скорая помощь не поедет, потому что у вас недостаточно денег, потому что её своевременно монетизируют по заветам товарищей Улюкаева, Кудрина и Мау.
Вы всегда можете попасть впросак с этой людоедской системой точно так же, не обязательно с валютным кредитом, со всем на свете. Почему вы на стороне сильных? Попробуйте подумать иначе. Хорошо, может, люди сделали ошибку, вы тоже могли её сделать. Много лет ситуация в экономике, с долларом, с работой у людей была стабильной. Никто точно не знал, что в 2014 году случится нефтяной обвал. В цивилизованных странах ставки в 1%. А кое-где, не помню точно, отрицательный процент по кредитной ставке.
С. КОРОЛЁВ: Доплачивают что ли, только возьми?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Да, конечно. А у нас много лет происходит жуть.
С. КОРОЛЁВ: Слушатель отвечает: «Я не радуюсь, я плачу рублёвую ипотеку».
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Подумайте, что вас тоже могут взять за хвост с рублёвой ипотекой, вы можете потерять работу, и вам скажут – сам виноват. Это жлобская позиция. Давайте помогать людям, а не чиновникам и крупному бизнесу.
С. КОРОЛЁВ: А кто будет помогать в конечном счёте?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Государство устроено так, что деньги на то, что они хотят, всегда есть. Я бесконечно читаю о том, что запускается новая программа смены одних скамеек на другие и асфальта на плитку стоимостью столько-то миллиардов. Когда они хотят распилить деньги, у них всегда есть, даже сейчас. Помочь людям – нет, это сами.
С. КОРОЛЁВ: Я бы хотел, чтобы Вы вдумались в то, что говорит Эльвира Набиуллина: «Мы считаем, что сами банки должны там, где есть основания, реструктурировать такие кредиты валютным ипотечникам, особенно семьям с небольшим доходом и экономным жильём».
Реструктурировать – значит не списать, пересчитать по другому курсу. Это значит, ты должен платить 20 лет, а будешь 120.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Они всегда против людей. Когда они заведомо против нас, почему вы думаете, что они только против валютных ипотечников, дальнобойщиков или тех, кто торгует в ларьке?
С. КОРОЛЁВ: Вы поддерживаете уличный протест валютных ипотечников?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Я считаю, что любые социальные протесты полезны. Вся моя неприязнь и полное непонимание, чувство отвращения относится не только к начальству, которое выжимает из людей деньги, но и к людям, которые каждый раз с этим солидаризируются. Каждый раз, когда находится какой-то крайний у власти, у олигархии, они говорят: так и надо, туда и дорога. Я вам обещаю, что и до вас тоже дойдёт.
С. КОРОЛЁВ: «Если властям плевать на тех, кого они сносят, почему мы думаем, что они будут заботиться о других? Полностью согласен с гостем. На чужом горбу хотят в рай ехать».
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: А потом они скажут, что надо закрыть поликлинику, потому что можно построить апартаменты класса люкс. А эту поликлинику сольют с пятью другими, и у вас будет 10 минут на приём у терапевта, его будет штурмовать огромная толпа. Я никому не хочу этого желать, ни дальнобойщикам, ни ларёчникам, потому что все живут тяжело, крутятся, находят способ заработка и выживания. Не надо плевать на ближнего своего, даже если он ошибку сделал.
С. КОРОЛЁВ: «Брали в валюте, потому что в рублях не получалось, не хватало дохода. Знакомым не дали в рублях, потому что тоже не хватало дохода, банк сам предлагал только в валюте», — пишет слушатель.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Они же брали кредит в валюте не потому, что гордые, великие, считали себя непобедимыми миллионерами, а потому что были причины. Удивительная неспособность поставить себя на место других людей, желание считать себя великим, красивым, здоровым, непобедимым, живущим вечно.
С. КОРОЛЁВ: Сегодня много заявлений сделала Эльвира Набиуллина. На фоне этого обрушился рубль.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Они нарочно обрушивают рубль, я уверен.
С. КОРОЛЁВ: Слухи о девальвации неспроста?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Я думаю, что так им будет удобнее с нефтегазовыми экспортёрами закрывать все обязательства в рублях. Они получают доходы в валюте вне страны, и с девальвацией они проще сводят концы с концами.
С. КОРОЛЁВ: Джордж Сорос предрёк банкротство России в 2017 году – пишут заметки в зарубежной прессе. В 2017 наступает срок выплаты значительной части иностранных займов. Чтобы избежать этого, российское руководство, по словам Сороса, хочет подтолкнуть к краху Евросоюз, только это может нас спасти. Насколько трезвы эти рассуждения?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Это перебор и нагнетание, но ситуация становится всё тяжелее, это правда.
С. КОРОЛЁВ: А что в Сирии? Сегодня господин Эрдоган предупредил, что терпение Анкары может быть исчерпано, и тогда она приступит к активным действиям.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Полное безумие в Сирии происходит. Зачем эта война? Пропаганда не говорит правду. Никто не воюет ни с каким ИГИЛ, это неправда. Запад с ним, конечно же, не воюет, Россия тоже. Запад вместе с Турцией и Саудовской Аравией воюет с Асадом и косвенно с Ираном, а наши – с прозападными группами, которые против Асада, Сирийская свободная армия, ан-Нусра.
ИГИЛ вообще сбоку, в Алеппо же нет никакого ИГИЛ. Но проблема не в ИГИЛ, а в том, что война была затеяна исключительно ради переговоров. Идея была в том, что мы покажем возможности России во вмешательстве в эту ситуацию, и на Западе скажут: ладно, ребята, давайте вы оттуда аккуратно выйдете, с сохранением лица, а мы вам дадим то и это, снимем санкции, забудем, простим, вернём.
Нет же идеи победить ИГИЛ или сохранить Асада во главе единой Сирии, как это было до 2011 года. Никто таких надежд не питает, более того, в практическом смысле это не нужно.
С. КОРОЛЁВ: Замаячила дата – 1 марта, когда могут быть прекращены военные действия. Якобы Россия выступает с такой инициативой.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Это нужно России, потому что она не знает, как выбраться из этой ситуации. Саудовская Аравия точно вводит туда войска со своей проамериканской коалицией, а Турция – член НАТО, тоже может в любой момент вступить с нами в конфликт. Как мы будем с ними воевать? У нас нет общей с ними границы, что делать нашей группировке, которая там существует, если будет закрыт Босфор и воздух?
С. КОРОЛЁВ: «Дмитрий, Вы по отношению к России заняли предательскую позицию, это Россия-то не воюет с ИГИЛ?», «Нет, говорите, ИГИЛ в Алеппо, а кто там тогда, тетя Маша и Филя со Степашей народ угнетают?», «Зачем мы расширяем территорию, подконтрольную Асаду, если планируем потом его слить Западу?» — засыпали вопросами.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Люди, которые считают, что в Алеппо сидит ИГИЛ, совсем не знают, что происходит. Там сидят прозападные, проамериканские оппозиционеры, пресловутые якобы умеренные исламисты, но они не имеют никакого отношения к ИГИЛ. ИГИЛ сидит в Ракке и Мосуле.
С. КОРОЛЁВ: А умеренные исламисты не террористы?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Конечно, террористы.
С. КОРОЛЁВ: Так мы и говорим, что воюем с терроризмом, а не с ИГИЛ.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Война идёт с проамериканскими, протурецкими, просаудовскими группами, а не с ИГИЛ.
Зачем же мы тогда воюем, чтобы потом сдать – за то и воюем, чтобы сдать в обмен на что-то, война идёт за торг. Война идёт в силу того, что на Украине торговаться с нами не стали, поэтому внимание было переброшено туда, чтобы там создать площадку для торга. Но из этого ничего не выходит, потому что Турция, Саудовская Аравия и американцы не дают этого сделать. Чисто стратегически и технически не очень понятно, как мы можем, не дай Бог, воевать с Турцией. Это же не Украина, которую можно было бы за две недели разбить, если бы Кремль не запретил.
С. КОРОЛЁВ: Завтра в Мюнхене о чём-то смогут договориться?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Конечно же, нет. Они не будут уступать или что-то отдавать, они настаивают на своём: мы должны уйти, Асад должен уйти. Величайшей победой будет, если удастся избежать войны с Турцией и договориться, что Асад уйдёт в течение какого-то срока, а там будет проамериканское правительство. Там нечего ловить, там безнадёжная ситуация, поэтому я не понимаю, какой в этом смысл, это просто огромный риск конфликта со страной-членом НАТО, который может блокировать нам доступ к поддержке нашей группировке там, её могут уничтожить в лучших традициях русско-японской войны.
С. КОРОЛЁВ: У нас есть ядерный чемоданчик, не надо забывать об этом.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Будет принято решение бомбить ядерным оружием Турцию? Давайте рассмотрим апокалиптический сценарий. Но зачем нам нужна ядерная война? Всё это было затеяно только для того, чтобы поторговаться, а торговаться не хотят – в этом главный нерв внешней политики России всех этих лет.
С. КОРОЛЁВ: «Хочу огорчить Ольшанского: Россия не только не собирается сворачивать своё присутствие в Сирии, но будет его только наращивать. Не исключается и помощь сухопутными силами. Там и так наших контрактников якобы много, лично моих два друга, поэтому прекращайте ныть, не будет по-Вашему».
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Опять вместо того, чтобы переживать за свои интересы, все переживают за банкиров, миллиардеров, начальство.
С. КОРОЛЁВ: За Донбасс не переживаете?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Естественно, Донбасс – это наши и наше, это не какая-то ближневосточная пустыня, где нам нужно воевать со всем суннитским миром.
С. КОРОЛЁВ: Эксперты близкого к Кремлю Центра политической конъюнктуры считают наиболее вероятным сценарий замораживания конфликта в Донбассе на долгие годы.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Это ужасно, потому что там всё можно решить быстро. Там военным путём всё можно сделать, но это не происходит. А в Сирии, где это невозможно, делают, потому что только торг интересует.
С. КОРОЛЁВ: «Отвоевать Сирию, чтобы потом её отдать – глупо», — считает слушатель.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Да не нужна никому Сирия, что вы там будете делать? Она нужна только для торга, чтобы её отдать взамен на снятие санкций, например. Политики довольно циничные люди, они не войной с терроризмом занимаются, а решают вопросы, связанные со своими интересами. Нельзя быть такими простодушными.
С. КОРОЛЁВ: Вы пробовали чеченские торты? Говорят, очень сладкие, вчера был рейтинг.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Я всё это не люблю.
С. КОРОЛЁВ: Как Вам история с Касьяновым? Сегодня его яйцами закидали.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Мне бесконечно отвратителен Касьянов, но не менее отвратительны нашистские методы создания дешёвых скандалов, которые только привлекают к нему внимание. Это дешёвые и бессмысленные провокации. Если бы хотели сделать что-то по поводу Касьянова, расследовать его деятельность, расследовали бы, он эмигрировал бы из страны в течение недели. Но его всерьёз никто не трогает.
С. КОРОЛЁВ: Может, его не воспринимают всерьёз и правильно делают?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Нет, просто он начальник. Начальники начальников без крайней нужды никогда не трогают.
С. КОРОЛЁВ: А Ходорковский начальник?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Ходорковский тоже был начальником, просто уж слишком далеко зашёл, гораздо дальше, чем Касьянов. Если бы он хотел, его бы тоже не трогали. Просто он человек таких невероятных амбиций, что не получилось.
С. КОРОЛЁВ: Как вы видите новость, что он объявлен в розыск по линии Интерпола? Теоретически его могут задержать, арестовать экстрадировать?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Ничего не будет, это дежурная бюрократическая мера, которая обозначает, что он находится вне закона — в ответ на то, что, выйдя из тюрьмы, он занялся политикой и обозначил себя как альтернативу власти. Никто не будет его арестовывать или экстрадировать.
С. КОРОЛЁВ: Перемещаемся тогда в Латинскую Америку, на Кубу отправился патриарх Кирилл. Там завтра состоится эпохальное событие – встреча с Папой Римским, что Вы от неё ждёте?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Я думаю, что это политическая история. Патриарх используется Кремлём для того, чтобы прорываться из того, что они называют изоляцией — к тому, чтобы были какие-то союзники, люди, с которыми можно о чём-то разговаривать.
С. КОРОЛЁВ: О чём пойдёт речь?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Я не буду гадать. Интерес Кремля в том, что Папа должен выступать фигурой, которая находится с Россией в коммуникации в нынешней ситуации. А у Патриарха и патриархии очень плохие отношения с Константинополем, очень плохая ситуация на Украине, потому что у них отбирают украинское православие, в стратегической перспективе оно переходит под Константинополь.
Там наверняка будут создавать единую церковь из московского и киевского патриархатов, может, после смерти нынешнего главы киевской церкви, потому что он пожилой и скандальный человек. В перспективе там может произойти отсоединение от Москвы и переход всего этого под Константинополь, поэтому я думаю, что общение с Папой организовано для того, чтобы противопоставить что-то Константинополю в сложной ситуации изоляции. И церковные, и светские власти надеются, что Папа будет модератором, медиатором компромиссов, контактов, переговоров.
С. КОРОЛЁВ: Чалого не приглашали в «Комитет 25 января»?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Пока ещё рано, но стратегически это было бы прекрасно.
С. КОРОЛЁВ: «Турция не побоялась сбить самолёт ядерной державы и убить лётчика. На что готов Эрдоган?»
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Он на многое готов, потому что понимает, что за его спиной очень большая поддержка. А у нас такой поддержки нет.
С. КОРОЛЁВ: Вы поддерживаете Дмитрия Ольшанского по итогам программы или готовы с ним поспорить?
«Как Вы относитесь к чисткам в «Единой России»? Фёдоров говорил, что это борьба с пятой колонной, как Вы считаете?» — спрашивает слушатель.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Я считаю, что «Единая Россия» — смехотворная организация, я не могу её всерьёз обсуждать.
С. КОРОЛЁВ: Правящая партия.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Она не правящая, это не партия, это фантом. Как к мыльным пузырям надо относиться?
С. КОРОЛЁВ: У нас предвыборный год, что Вы ждёте от выборов?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Ничего не жду, это совершенно бессмысленное мероприятие.
С. КОРОЛЁВ: Вы пойдёте на выборы?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Естественно, нет.
С. КОРОЛЁВ: Кому Вы подарите свой голос таким образом?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Я призываю не относиться всерьёз к несуществующим, фиктивным явлениям. Особенно трогательно было, когда «Единая Россия» под руководством Медведева исключила Силуанова и Ливанова как нелюбимых народом персонажей. При этом правительство под руководством того же самого Медведева никуда не денет ни Ливанова, ни Силуанова.
С. КОРОЛЁВ: Их исключили из высшего совета, они же остались в партии.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Это чистый пиар ход. Мы как бы от них отсоединяемся под руководством Медведева, а правительством руководит тот же Медведев, но они никуда оттуда не денутся. С точки зрения нормальной жизни это шизофрения.
С. КОРОЛЁВ: Давайте принимать звонки. Здравствуйте.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Борис, Ижевск. Конституция, которую озвучил депутат Миронов, собирающий 10 миллионов подписей, но не соберёт. И отмена приватизации...
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Я не вижу здесь вопроса.
С. КОРОЛЁВ: Здравствуйте.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Валерий. Было заявлено, что Россия и Китай тайно поддерживают Северную Корею. Как Вы к этому относитесь?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Я думаю, что немного поддерживают. Подозреваю, что Китай, а насчёт России не уверен. Северная Корея во многом тоже декорация, созданная Китаем, без которого она бы долго не просуществовала.
С. КОРОЛЁВ: Россия на официальном уровне осудила запуск ракеты.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Но реально это во многом китайское мероприятие, я думаю.
С. КОРОЛЁВ: Здравствуйте.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Николай, Санкт-Петербург. Раньше почти каждую неделю показывали, что идёт гуманитарная помощь в Донецк, были репортажи. В последнее время я этого не вижу.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Какая-то помощь идёт, просто очень сложно, так как там задерживают, не пускают, очень много проблем. Кроме того, есть и проблема, связанная с тем, что упал поток пожертвований, так как вся наша пропаганда делает вид, что там ничего не происходит, там всё хорошо, что, конечно же, неправда.
Чем меньше говорить об этом, тем меньше люди будут об этом думать и воспринимать происходящее там как проблему. Поскольку нас всех убеждают, что наши судьбы решаются в Алеппо, а не в Донецке, который нам бесконечно ближе и важнее, то и результат довольно печальный. Боюсь, похвастаться нечем.
С. КОРОЛЁВ: На днях вернулась Доктор Лиза из очередной миссии за больными детьми. Мы об этом постоянно рассказываем нашим слушателям.
Здравствуйте.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, меня зовут Валерий, Москва. Каково Ваше отношение к закону? Я слышал сегодня в эфире про нецелесообразность, которая противоречит некоторым законам. Наши войска находятся в Сирии на законных основаниях по приглашению правительства сирийско-арабской республики, в отличие от всех остальных. Валютные ипотечники защищены законом, есть закон о банкротстве. Мэрия поступила незаконно, но также незаконно ей противостоять...
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: В нашей стране всегда официальная законная система не имеет никакого отношения к реальности, законы применяются выборочно, когда это нужно: хотят – применяют, не хотят – не применяют. Есть законы, а есть понятия и неформальные интересы, всё управляется ими.
Из того, что наши войска в Сирии находятся по законному приглашению Асада, ничего не следует. Я не говорю, что они там незаконно, мне вообще до этого нет никакого дела. Наши войска в Афганистане находились, может, по законному приглашению товарища Бабрака Кармаля, потом товарища Наджибуллы, но это не отменяет факта, что введение туда войск было трагической ошибкой советских властей. Когда принимаются какие-то решения, то это делается по другим причинам. А потом находится или принимается какая-то бумажка, на основании которой якобы всё и происходит. Но дело не в ней.
С. КОРОЛЁВ: Здравствуйте.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, меня зовут Владимир. В Вашем понимании в истории России в целом каким был самым положительный период?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Я не могу сказать, что был период, который можно однозначно считать раем, но были времена, когда у нас получалось много хорошего. Например, в 60-е годы было совсем неплохо — с точки зрения внутренней логики советской жизни. В конце XIX века при Александре III, я думаю, было неплохо, мирное спокойное время развития нашей страны. Но так, чтобы всегда всем долго было хорошо, такого не было, у нас тяжёлая сложная история.
С. КОРОЛЁВ: Пора подводить итоги: сегодня с Вами 70% аудитории.
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Поскольку я не за телевизор, то за меня меньше.
С. КОРОЛЁВ: Было много вопросов про «Комитет 25 января». Зачем он?
Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Его создали, чтобы обозначить третью позицию, которая не является позиций власти или либеральной оппозиции. Общественные деятели, политики, журналисты, которые не ассоциируют себя прямо ни с Кремлём, ни с либералами, решили объединиться, скоординироваться, чтобы вместе обсуждать ситуацию и что-то делать. Пока это только начинается, но надежда на развитие есть.
С. КОРОЛЁВ: Спасибо.