Проститутки стареют! О русских женщинах и правозащитном гуманизме

В борделях Санкт-Петербурга, сообщает нам пресса, наблюдается тенденция старения «жриц любви». Глава некоммерческого партнерства секс-работников «Серебряная роза» — о боги! — Ирина Масловазаявила, что средний возраст проституток в Северной Пальмире приближается к сорока годам.

То есть, они не в том смысле стареют, что прямо на глазах седеют и покрываются морщинами, как в американском ужастике, а просто нет новых кадров. Нет свежего мяса.

По словам Масловой, молодежь не идет в профессию, потому что проституция до сих пор не узаконена.

«Если речь идет о взрослых женщинах, которые сами вольны принимать решения, то их способ заработка давно нужно сделать законным. Ведь для того, чтобы получить пенсию, необходимо вносить страховые взносы не менее 20 лет, а проститутки этой возможности лишены», — заявила по данному поводу ответственный секретарь Правозащитного совета Петербурга Наталья Евдокимова.

Передовое производство

На этом примере, мы, уважаемые сограждане, можем многое понять в том конфликте, что все сильнее разгорается на просторах нашей Родины между так называемой «совестью нации» и так называемым «быдлом», каковым она, «совесть», считает остальной народ.

Что может подумать нормальный русский человек, когда услышит новость о том, что средний возраст проституток в таком-то городе близок к сорока? Он подумает, что это очень хорошо, — наверное, в этом городе полно других, значительно более интересных и выгодных занятий, нежели раздвигание ног перед первым встречным за деньги, и молодые девчонки идут в другие профессии, а не в древнейшую. Это же здорово! Оказывается, русские женщины, вопреки всем мифам, распространившимся в последнее время за границей и усиленно распространяемым у нас, вовсе не мечтают о карьере «ночной бабочки» и с удовольствием от нее отказываются.

Что может подумать об этом же «совесть нации» с правозащитой головного мозга и либерализмом всего остального? Она начинает спасать экономический сектор оказания интимных услуг. Ведь это же передовые услуги, а не какое-то отсталое производство или, скажем, позорная нефтедобыча, удел стран Третьего мира. Это продвинутые услуги, которые «во всем цивилизованном мире» позволяют делать пенсионные накопления и включены в ВВП — наряду, кстати, с наркоторговлей, что хоть и не услуга, но, между прочим, является фармакологической промышленностью — не то что какая-то там швейная фабрика в Иванове.  

Им это нравится

Словом, пока мы празднуем некоторое количество спасенных от ужасной доли молодых девушек, наши правозащитные сограждане горюют о том, что России все никак не удается сделать судьбу проститутки более привлекательной с целью пополнения поредевших рядов.

И если, с нашей точки зрения, бесчеловечность и жестокость — это когда женщины продают себя, потому что честно им на жизнь не заработать, то с позиции наших правозащитно-либеральных сограждан все прямо наоборот: жестокость — это когда женщин прямо-таки выживают из проституции в клининговый бизнес и торговлю.

Это не просто разница в точках зрения на один процесс. Это разное понимание гуманизма. Которое, в свою очередь, происходит от разницы понимания человека и его места на земле, в обществе, его значения для других людей.

Это как раз одно из логических следствий из той теоремы, что недавно была изложена Патриархом всея Руси с амвона храма Христа Спасителя.

Наблюдая весь этот плюрализм мнений, мне, уважаемые читатели, никак не удается отделаться от мысли, что наши сограждане правозащитно-либерального толка, когда говорят о гуманизме, смотрят вовсе не на реальных нас. Они смотрят то ли на какую-то воображаемую ими отчетность, то ли уже на памятник с датами — уж очень мы в этом виде хорошо для них смотримся.

Им нравится и хотелось бы больше.