Зачем царь Александр I подарил Финляндии Выборг
Многие задаются вопросом, почему Ленин согласился провести границу с Финляндией всего в 25 километрах от Петрограда, когда предоставлял ей независимость в декабре 1917 года. Однако, чтобы понять причины этого решения, необходимо обратиться к историческим событиям, а именно к правлению Александра I.
«Старая Финляндия» в составе России
Во время Северной войны с Швецией в период с 1700 по 1721 годы, Россия завоевала прибрежные районы реки Невы, Карельский перешеек с городом Выборгом и северный берег Ладожского озера. Граница между Россией и Швецией на севере от Петербурга примерно совпадала с нынешней границей между Россией и Финляндией. Эти территории входили в состав Ингерманландской (позднее Петербургской) губернии.
В результате войны 1741-1743 годов, по Абоскому миру со Швецией, Россия присоединила к себе еще небольшой участок современной Финляндии. Вместе с уже полученной землей, эта территория стала Выборгской губернией, которая в 1802 году была переименована в Финляндскую губернию. Верельский мирный договор 1790 года, завершивший очередную русско-шведскую войну, не привел к изменению границ между двумя государствами. Однако, в результате войны 1808-1809 годов, Россия аннексировала всю Финляндию.-
16 марта 1809 года император Александр I открыл в завоёванной Финляндии, в городе Борго (Порво), первый финляндский сейм, на котором даровал Финляндии автономию в виде великого княжества в составе Российской империи. В Финляндии в отличие от остальной империи власть самодержца была ограничена конституцией. Великое княжество Финляндское имело свои законы, полицию, суд, денежную единицу и государственный язык (шведский).
Щедрый подарок Александра I финнам
В 1811 году Александр I, как мы бы сейчас сказали, волюнтаристским решением подарил Финляндии Выборгскую губернию. Она получила неофициальное название «Старой Финляндии», то есть давно присоединённой к России в отличие от «Новой Финляндии», завоёванной только что. Вот тогда государственная граница и прошла в 25 верстах от Петербурга. Рациональные мотивы подобного жеста остались тайной.
Несмотря на то что Финляндия вроде бы была частью Российской империи, в единое экономическое пространство с Россией она не входила. На границах между ними стояли таможни. Особенно нелепой ситуация стала в конце XIX века, когда из Петербурга в Гельсингфорс проложили железную дорогу и таможенный досмотр стали устраивать в пригородных поездах, меньше чем в часе пути от столицы Российской империи.
При этом с конца XIX века между русским правительством и представителями финляндского самоуправления начались трения. Николай I и Александр III не созывали финляндские сеймы. При Александре III тенденция подчинить Финляндию общероссийским законам приобрела отчетливый характер. И это, естественно, вызывало недовольство финнов, привыкших жить по своим порядкам. К тому же нередко стирание граней не было вызвано необходимостью, а было следствием желания петербургской бюрократии показать финнам, кто здесь власть.
В начале XX века противоречия между Петербургом и Финляндией резко обострились. Благодаря автономному статусу территории революционеры стали использовать Финляндию как убежище, удобное по своей близости к столице. Финны, недовольные контролем царских властей, сочувствовали революционерам. Это вызывало у самодержавия ещё большее желание ликвидировать автономные учреждения Финляндии, что в свою очередь увеличивало антипатию финнов к Российской империи.
Проект Плеве об исключении Выборга из Финляндии
Тогда же, в конце XIX – начале XX века? дальновидные государственные деятели России начали осознавать, что такое положение дел только рождает в финнах враждебность к русскому государственному строю, не принося России никаких выгод взамен. В 1901 году будущий министр внутренних дел Вячеслав Плеве был назначен статс-секретарём по делам Финляндии. Он прославился несколькими новаторскими экспериментами, в частности, созданием профсоюзов под контролем полиции; впрочем, их польза была сомнительна. Сановник предложил решение проблем Финляндии без ущерба для российской власти и к удовлетворению финнов.
Плеве представил проект, по которому Выборгская губерния, или Старая Финляндия с Выборгом, исключалась из состава Великого княжества и присоединялась к России, управляемой в общеимперском духе. На этой земле русское культурное влияние было значительным с XVIII века, но финнами оно воспринималось неважно. «Новая Финляндия», по замыслу министра, должна была остаться полностью автономной, даже в большей степени, чем прежде.[С-BLOCK]
Осуществление этого проекта создало бы прецедент административных границ при распаде Российской империи. И в 1917 году независимая Финляндия возникла бы на территории, соответствующей нынешней. И, скорее всего, не возникло бы потом войны между Советским Союзом и Финляндией за прилегающую к Ленинграду полосу Карельского перешейка.
Конечно, сановники Николая II не думали о распаде империи. Они пытались решить проблемы своего времени. Советы Плеве были вполне конструктивны и дальновидны в государственном плане. Но, как водится, проект был передан в особую комиссию Государственного Совета, которая так и не вынесла по нему свою резолюцию вплоть до 1917 года. Как характеризовал русскую государственную политику предреволюционного времени Владимир Иосифович Гурко (заместитель министра земледелия в кабинете Петра Аркадьевича Столыпина; сам, впрочем, типичный бюрократ того времени), «меры принимались дубовые, а люди, которые должны были их осуществлять, были осиновые».
Так что Ленин совсем не виноват в том, что в 1917 году Выборг и весь Карельский перешеек на юг до Сестрорецка оказались в составе Финляндии. Вождь большевиков в данном случае лишь зафиксировал де-юре государственную границу, установленную ещё российскими императорами.